Posts Tagged with Выездка

Автор: Сара Ворн

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

Источник

Ко мне часто обращаются в поисках лошади своей мечты, и я с удовольствием помогаю, хотя иногда очень расстраиваюсь по одной простой причине:

я показываю достойную шестилетнюю лошадь, и тут же меня спрашивают, умеет ли она делать менки или пассаж… В этот момент я думаю: «Надеюсь, что нет…».

Для современной выездки стало нормой, что в 6 лет лошади уже выполняют упражнения, требующие высокую степень сбора, что не есть хорошо для их физического и психического развития.

Лично я отдала бы предпочтение 6-летней лошади, которая качественно шагает, рысит и галопирует по прямой, а также равномерно сгибается в обе стороны, а не той, которая знает все элементы выездки, так как второй случай для меня означает, что потребуется от года до полутора на то, чтобы исправить то, что было «наделано».

Нуно Оливейра говорил: «Никаких сложных упражнений до того, как лошадь не научится по-настоящему двигаться вперед. Трудности в выездке зачастую связаны с отсутствием фундамента».

Он, безусловно, прав, а люди недооценивают тот факт, что нужно ждать, пока лошадь будет готова, или же просто не понимают, что означает слово «готова» в контексте выездки.

Легко ли лошадь двигается от ноги? Легка ли она в контакте? Прямолинейна ли она? Равномерно ли она гнется направо и налево? Двигается ли она вперед самостоятельно, или всадник подталкивает ее на каждый шаг? Правильно ли лошадь сгибается на кругу на вольтах 20, 15 и 10 метров на шагу, рыси и галопе? Ищет ли она контакта, вытягиваясь вперед, без потери ритма и равновесия и продолжая работать от зада на всех трех аллюрах?

Если ответ хоть на один из этих вопросов «нет», то лошади противопоказаны любые упражнения в сборе до тех пор, пока это «нет» не превратится в «да».

И несмотря на все это, мы вновь и вновь сталкиваемся с тем, что всадники хотят отрабатывать менки, в то время как их переходы «шаг-галоп» оставляют желать лучшего – лошадь сваливается на перед, не работает задом… И этих всадников не останавливает тот факт, что без этих переходов научить лошадь правильным менкам как минимум маловероятно…

Их логику можно сравнить с чтением конца книги без ознакомления с ее героями. Я могла бы это понять, если бы им было плевать на качество исполнения упражнения, но в контексте здоровья лошадей это как поместить младенца на гимнастическое бревно и попросить его сделать солнышко!

Хотите научить лошадь менкам? — Здорово! Наберитесь терпения и изо дня в день работайте над прямолинейностью, работой от зада, переходами «шаг-галоп», «галоп-шаг»… И однажды вы просто попросите лошадь поменять ноги, и она их поменяет.

Я часто слышу, что та или иная лошадь не меняет ноги или теряет ритм на пассаже или останавливается, когда от нее просят пиаффе… И в эти моменты меня подмывает спросить, знают ли они, как правильно ездить по вольту.

Основного времени требуют простейшие вещи, а более сложные элементы – всего лишь глазурь на торте. Если вы создадите фундамент, то все остальное придет само собой.

В 6 лет лошадь нужно учить физически и психологически принимать тренинг, а не требовать выполнять упражнения в сборе.

Не спешите, будьте добры, поощряйте малейший прогресс и позвольте лошади вырасти!

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

Это интервью Эгон фон Найндорф (Egon von Neindorff, 1.11.1923 – 19.5.2004) дал голландскому журналу «Hoefslag» в середине 90х годов

Эрик Херберман: Господин Фон Найндорф, что заставило Вас так рано уйти из спорта и основать собственную школу?

Эгон фон Найндорф: К этому решению меня подвел целый комплекс обстоятельств. Сразу после войны я очень успешно выступал на высоком уровне. Но мое конное образование, полученное в Саксонии (Германия) и позже [после Второй мировой войны] под руководством Людвига Цайнера (Ludwig Zeiner) и Ричада Вэтьена (Richard Wätjen), тянуло меня к более сложным элементам Высшей Школы. Я понимал, что хочу сохранить и пропагандировать эту прекрасную форму взаимоотношений с лошадью. Окончательно же меня подстегнуло к уходу то, что некоторые топовые спортсмены отправляли ко мне на длительные стажировки своих учеников. И я решил открыть собственную школу, а остальное, как говорится, история. Все, что произошло, нельзя спланировать. Это стечение обстоятельств и вовремя использованных возможностей.

Эрик Херберман: Определенно, управление большой частной школой и сохранение ее в течение многих лет — это сложная задача. Как Вы думаете, что помогло Вам справиться со сложностями на пути?

Эгон фон Найндорф: Я бы сказал, что сохранить школу в течение многих лет мне помогла непоколебимая вера в красоту — в красоту лошадиной природы и гармонии всадника и лошади, к которой мы постоянно стремимся.

Эрик Херберман: Что в вашем понимании является наиболее важным физическим или техническим решением в верховой езде?

Эгон фон Найндорф: Верховая езда требует от нас физической дисциплины, владения телом и правильной посадки.  Но что часто остается недооцененным и не принимается всерьез, так это та большая физическая нагрузка, которую несет лошадь, а это нужно принимать как личную ответственность. Забота о лошади должна быть приоритетом.

Эрик Херберман: А что должно быть самым важным для всадника в философии верховой езды?

Эгон фон Найндорф: Скромность и услужливость, способность оставить свое эго в стороне. Желание слушать лошадь, причем это желание должно идти от сердца и воплощаться на практике посредством чувств. Способность соотносить и соединять воедино ощущения в седле с той философией, в которую мы верим. Нужно понимать, что наша жизнь слишком коротка, чтобы познать все нюансы искусства верховой езды. Следовательно, важно брать на вооружение опыт Мастеров прошлого и в полной мере использовать их знания. Только благодаря прошлому мы можем наслаждаться этой гармонией, — гармонией, понятной лошади, поскольку тренинг отталкивается от ее природы. Только правильная гимнастическая школа делает возможным достижение красоты. Эта Школа находится за гранью субъективного суждения, она коренится в законах природы. Благодаря ней лошади остаются крепкими и здоровыми до преклонного возраста. Сведущий всадник видит ее в лошади, — в ее движениях и в том, как развита ее мускулатура. Именно она отличает истинную Высшую Школу от ее подобия.

Эрик Херберман: Судя по разнообразию лошадей в Вашей конюшне, вы с удовольствием работаете с большинством пород. Тем не менее, у Вас есть какие-то личные предпочтения?

Эгон фон Найндорф: Нет, для меня все лошади равны. Для меня искусство верховой езды заключается в возможности работать с любой лошадью. Мы же понимаем, что лошади рождаются разными, с разным темпераментом и разными анатомическими особенностями. Для хорошего всадника различия лошадей не важны.Те, кто любит лошадей, получает особое удовольствие от работы с этим прекрасным разнообразием; оно добавляет в верховую работу изюминку. Очень важно, чтобы всадник понимал специфику породы, с которой работает, и умел культивировать, направлять и использовать ее конструктивным образом. Именно это приносит истинное удовольствие, а не монотонная работа с определенной породой.

Эрик Херберман: Какие признаки позволяют Вам сделать вывод, что лошадь правильно движется?

Эгон фон Найндорф: Чистота аллюров, выражение морды, спокойный хвост. Лошадь хорошо себя чувствует, если придерживаться четко определенных к настоящему моменту и общепризнанных рамок. Наша работа должна гармонировать с ними. Нельзя отходить от доказанных принципов — Takt [ритм], Losgelassenheit [расслабление], Anlehnung [контакт], Geraderichtung [прямолинейность], Schwung [импульс], Versammlung [сбор]. Все они строятся на работе от зада и позволяют добиться от лошади честного подъема переда, несения себя в равновесии перед всадником и сгибания задних конечностей. Durchlässigkeit [проводимость] означает, что лошадь принимает средства управления и мирится с тем, что на ней ездят. Несмотря на то, что существует ряд устоявшихся технических деталей, которые можно считать основными направляющими в работе, не следует сильно полагаться на мертвые определения. Только истинное понимание того, как применять вышеупомянутые принципы в каждодневной езде, позволяет нам увидеть, что лошади всех типов, пород и темпераментов правильно двигаются.

Эрик Херберман: Как определить, что лошадь плохо двигается?

Эгон фон Найндорф: Когда лошади пусть даже самую малость сопротивляются, они не несут себя от зада, и это видно. Лошадь не несет всадника и себя. Спина тормозит движение, плечи недостаточно свободны, шея укорочена, закрепощена, лошадь не проходит вперед… нет «честных» аллюров. Вместо них есть карикатура, причем вовсе не прекрасная…

Эрик Херберман: Вы, должно быть, рады, что упражнение «вперед и вниз» стало обязательной частью некоторых тестов по выездке, по крайней мере, в США. Есть ли другие упражнения, которые Вы считаете необходимым добавить, чтобы направить конное сообщество к более высоким стандартам и осознанию необходимости поиска гармонии с природой лошади?

Эгон фон Найндорф: Все упражнения, которые помогут в честной работе с лошадью… Например, шаг на брошенном поводу несколько раз в течение теста с последующим возвращение лошади к средствам управления. Четкое расширение и сужение рамки, отжевывание повода из рук с последующим его набором. А также вперед и вниз несколько раз в течение одного теста даже на высших уровнях. Большой приз на трензельном оголовье, равно как и на мундштучном. Менки с поводом в одной руке.

Эрик Херберман: Объясните, пожалуйста, почему так важно, чтобы нос лошади все время был перед линией отвеса, даже в ходе выполнения вперед и вниз?

Эгон фон Найндорф: Лошадь должна находиться под контролем всадника, а это возможно только только тогда, когда энергия идет от зада, проходит по раскрепощенным телам лошади и всаднику и заканчивается весом в руке (в отличии от ситуации, когда ее генерирует отсутствие равновесия или напряжение). Лошадь, которая не идет на отдающую руку вперед и вниз, не находится в руке от зада. Это в первую очередь касается лошадей с закрученными шеями или чрезмерным сгибание в затылке – в обоих случаях лошадь не перед всадником. С другой стороны, лошадь должна сдавать в челюсти и затылке, поскольку любое закрепощение в этих местах препятствует прохождению энергии от копыт задних ног к руке.

Эрик Херберман: Что в жизни с лошадьми радует Вас больше всего?

Эгон фон Найндорф: То, что мне довелось испытать настоящую гармонию с лошадьми при выполнении различных упражнении, сливаться с ними. Это самое прекрасное! Однако даже опытный всадник редко достигает этой абсолютной гармонии. Чтобы ее достичь, необходимо уметь вести лошадь правильной посадкой, мягко помогать ей нести себя. Нужно знать, когда последовать за лошадью, а когда придержать своей посадкой. Скорее всего, те, кто читает эти слова, захотят испытать это ощущений, но помните, что выше головы не прыгнуть… Более того, необходимо поддерживать духовный контакт с лошадью — без него настоящая физическая гармония невозможна. Истинная гармония возможна только тогда, когда лошади дается право определять темп тренинга. Нельзя допускать ни малейшего форсирования, так как, гармония, о которой я писал выше, не может быть достигнута силой.

Эрик Херберман: Что Вы думаете о современном искусстве верховой езды и каковы Ваши пожелания на будущее?

Эгон фон Найндорф: Это сложный вопрос как для тренера и судьи, так и для коневладельца. Прийти к четкому пониманию того, в чем заключается истинная работа, и пропагандировать ее. Честная работа требует от всех участников процесса понимания. Как может тренер работать сознательно и хорошо, если владелец лошади не понимает, что прогресс требует времени и не может быть достигнут силой? Как можно ожидать от спортсмена высокого уровня искусства верховой езды, если судьи отдают предпочтение тому, что то и дело противоречит устоявшейся и признанной литературе по данному вопросу?.. Поэтому необходимо объединяться и вместе прийти к этому пониманию.

Эрик Херберман: Учитывая Ваш богатый опыт, какой совет Вы могли бы дать на прощание молодому многообещающему ученику, которого, возможно, не увидите в течение многих лет?

Эгон фон Найндорф: Я бы сказал: «Позволь любви и чувству ответственности за лошадь управлять всеми твоими решениями и действиями».

Интервью было опубликовано в журнале Dressage Today, выпуск Октябрь 2004

Источник

Тренинг «для лошади» и натуральный отношения – два залога счастья спортивных лошадей Уты Грэф и Штэфана Шнайдера.

Немецкая большепризная всадница Ута Грэф вышла не из семьи конников и свою первую лошадь получила только в возрасте 12 лет. Она быстро прогрессировала как всадник и к 18 годам выступала в соревнованиях уровня S. Изначально она не планировала профессионально заниматься спортом и собиралась поступать в университет, но все поменялось, и лошади стали ее профессией. Позже, в 1999 вместе со своим партнером Штэфаном Шнайдером она переехала жить на ферму Гут Ротенкихерхоф в Кирххаймболандэне, Германия. Здесь у Уты своя конюшня, здесь она тренирует своих лошадей, доводя их до уровня Большого Приза. Несмотря на разное происхождение и образование в прошлом, Уту и Штэфана объединяет стремление ездить на мотивированных с счастливых лошадях.
Уту знают по многому, включая ее необычную прическу, позитив, классическую манеру езды и тренинга и спортивные достижения. Но многих удивит, кто ее лошади при всех своих спортивных заслугах ведут натуральный образ жизни. Журналист «Equine Wellness” встретился с Утой между соревнованиями, чтобы расспросить о ее философии содержания лошадей.

Equine Wellness: Ваша конюшня разительно отличается от других спортивных баз образом жизни животных. Расскажите, пожалуйста, поподробнее о том, что вы сделали и делаете для того, чтобы лошади жили в максимально приближенным к естественным условиям?

Ута Грэф: Наша конюшня расположена в лесу в нескольких километрах от небольшого городка на юге Германии. Она расположена на огороженном поле площадью 14 га. Мы постарались удовлетворить все базовые потребности наших лошадей – в движении, солнечном свете и свежем воздухе. Конюшня состоит из двух частей: в одной лошади живут в табуне, в другой мы держим спортивных животных (мои выездковые, лошади, с которыми работает Штэфан в направлении «Рабочей выездки» (перев. Doma Vaquera), а также несколько частных). Эти лошади стоят в денниках 3*10м с невысокими перегородками, позволяющими им общаться друг с другом.

Каждый денник имеет выход в травяную левадку 3×20м, и все лошади, включая моих двоих жеребцов Дэймон Джерома и известный своими спортивными результатами Ле Нуар, имеют возможность выходить в них в любое время суток. Помимо этого, Ле Нуар часто гуляет в большой леваде в компании ослика.

Кого-то из этих лошадей мы ежедневно выпускаем в табун, состоящий из 20 голов разных пород и размеров, в том числе и большепризные лошади, и лошади класса S. У нас есть более возрастной жеребец Крузадо, который прекрасно гуляет с меринами. В настоящий момент в табуне есть даже молодой жеребчик, проблем пока не наблюдается.
Летом лошади обычно находятся на открытом воздухе круглосуточно. Зимой их заводят на ночь, а днем выпускают в большую леваду с хорошим дренажем и несколькими местами, где лежит сено. Нам повезло с ручьем, который протекает по нашей земле, — благодаря нему у лошадей постоянно есть доступ к питьевой воде.

Большое внимание мы уделили грунту. Грунт крайне важен для здоровья суставов лошадей. У нас есть плац, бочки, площадка для занятий рабочей выездкой, а также водилка с возможностью заливать в нее воду для водного тренинга.

Equine Wellness: Вы всегда хотели содержать лошадей как можно более натурально, или кто-то (лошадь или человек) подтолкнул вас к этому решению?

Ута Грэф: Мой партнер Штэфан показал мне, что спортивных лошадей высокого уровня можно содержать достаточно натурально. Он родился в семье любителей лошадей и является практикующим конным ветврачом. Он считает крайне важным содержать лошадей естественным образом, что уже само по себе обеспечивает им базовый тренинг, возможность общения с друзьями и достаточное количество фуража для удовлетворения их потребностей в корме.

Equine Wellness: Многие спортсмены боятся надолго выпускать лошадей и позволять им общаться с себе подобными. Ваше отношение к этому?

Ута Грэф: До того, как мы познакомились со Штэфаном, я тоже держала лошадей в денниках и считала это нормальным. Но года я осознала преимущества уличного содержания с возможностью общения с другими лошадьми, я поняла, что хочу, чтобы мои животные жили именно так. Это делает лошадей более довольными и мотивирует их к работе.

Equine Wellness: Отразились ли изменения в условиях содержания лошадей на их спортивных результатах? Были ли какие-то негативные последствия?

Ута Грэф: Положительные изменения были и есть, причем значительные. Лошади хотят работать, они более расслаблены, причем не только в отношении внешних раздражителей, но в отношении к работе в целом. Они стали внимательнее, потому что они довольны и не воспринимают работу под седлом исключительно как возможность подвигаться. Природа лошади – это движение, в природе лошади ежедневно проходят многокилометровые расстояния!
Негативных последствий от изменений условий содержания я не заметила… Разве что тот факт, что иногда они конкретно пачкаются!

Equine Wellness: Мы видели видео вашей езды на бестрензельном оголовье на вашей «олимпийской надежде» Ле Нуар. Вы часто практикуете езду без железа?

Ута Грэф: Нет, бестрензельное оголовье не является частью регулярного тренинга. С Ле Нуар мы попробовали его год назад с единственной целью – показать публике, что Большой Приз можно проехать без мундштука, если лошадь правильно выезжена и несет себя в равновесии. Но я не работаю без железа регулярно. Наши выездковые лошади должны быть легки в поводу, и бестрензельное оголовье является тому прекрасным подтверждением. Мы демонстрировали это на Эквитане, на семинарах федерации конного спорта Германии и на национальном чемпионате в Варендорфе.

Equine Wellness: Насколько мы знаем, Штэфан довольно много работает с лошадьми в руках. Как это сказывается на ваших отношениях с животными?

Ута Грэф: Много лет назад Штэфан работал с легендарными личностями вестерна Магдой и Жан-Клодом Дизли (Magda and Jean-Claude Dysli), а также с некоторыми известными европейскими всадниками вестерна. Он убежден, что уважение выстраивается на земле. Если научить лошадь уважать вас как лидера на земле, то верховая работа для обоих будет приятнее и легче. Это предотвращает некоторые проблемы, вносит гармонию в отношения. Если лошадь знает вас как лидера, она чувствует себя с вами в безопасности и меньше отвлекается.

Equine Wellness: Поделитесь, пожалуйста, с нашими читателями своей философией и программой тренинга.

Ута Грэф: Целью тренинга мы видим развитие естественных способностей и возможностей лошади. Несмотря на разное прошлое и разные цели в работе с лошадьми, мы со Штэфаном прекрасно дополняем друг друга. Во-первых, нам обоим важно, чтобы лошадь хорошо себя вела с человеком – поэтому со всеми молодыми лошадьми мы начинаем с работы в руках. Так мы выстраиваем отношения, построенные на доверии и уважении. За эту часть работы отвечает Штэфан, который имеет большой опыт в разных подходах. Он работает с лошадьми на корде и заезжает молодняк, так как имеет к моменты заездки в глазах лошади определенный авторитет (лошадь его слушается, она доверяет ему).Это позволяет избежать негативных ассоциаций у молодых лошадей.

Мы стараемся максимально разнообразить работу лошадей за счет кавалетти, работы в руках, на вожжах и вне плаца. Это не только полезно для физического развития лошади, но и психологического. Работой на длинных вожжах Штэфан учит лошадей двигаться вперед, для укрепления уверенности в себе и доверия ко всаднику он работает в лесу и по воде. После «начальной школы» в руках и под седлом к процессу подключаюсь я с системой классической выездки.
Для нас очень важно максимально сохранить натуральность в лошадях. Никакой тренинг не может заменить социальные связи и движение на свободе под открытым небом. Это чрезвычайно важно для благополучия и адекватности лошади. Мы уверены, что сочетание правильного тренинга, построенного на положительных эмоциях, и натурального содержания делает из лошади «счастливого атлета».

Equine Wellness: Вы уже несколько лет работаете с некоторыми немецкими паралимпийцами. Это как-то отразилось на вашем стиле езды?

Ута Грэф: Я являюсь официальным федеральным тренером нескольких успешных паралимпийцев, в частности доктора Ангелики Траберт, Ханеллоры Брэннер и Бритты Нэпель (Dr. Angelika Trabert, Hannelore Brenner, Britta Näpel). Несколько раз в году мы встречаемся на семинарах. Они научили меня тому, что на высших уровнях выездки средства управления могут быть минимальными. Именно эти всадники вдохновили меня на ту работу, которой я сейчас занимаюсь со своими лошадьми.

Equine Wellness: Какой совет вы могли бы дать всадникам и владельцам лошадей?

Ута Грэф: Никогда не пытайтесь добиться уважения лошади за счет ее удовольствия от работы с вами (перев. Удовольствие первостепенно). Иными словами, уважайте те возможности, которые дает вам лошадь, уважайте ее как личность.

Источник

Перевод: Давыдова Ксения для Н-Н-Т.RU

Опубликовано 21.07.2002 в Universal Concepts

Авторы: Dr. Max Gahwyler и Bettina Drummond

Перевод: Давыдова Ксения для H—H—T.RU

Первоначально статья вышла в выпуске №6 Eclectic Horseman

«Лошадь должна принимать повод», «лошадь должна быть в поводу» и т.д. – эти рекомендации слышишь в выездке чаще других. На мастер-классах и шоу это является основной целью всадников, тренеров и, к сожалению, судей. Это основа выездки в нашей стране, и именно поэтому стоит сделать шаг назад и объективно взглянуть на то, как оно влияет на Выездку и почему так много всадников и лошадей зависает на начальных уровнях подготовки.

Фото: Беттина на Boccanegra выполняет пиаффе.

Давайте вернемся в прошлое и отправимся в те страны, где 500 лет назад зародилась современная Выездка – Португалия, Италия, Франция, Германия, Австрия и Швеция, — и изучим соответствующую литературу в оригинале, а не в переводе, который был очень недавно сделан. Правила FEI и AHSA (Американской Ассоциации Конных Шоу), например, были изданы на английском только в 20х годах 20го века, и, как бы тщательно вы ни искали, в источниках 15-16 веков вы не найдете эквивалента термину «в поводу».

Нравится вам это или нет, но этот термин концентрирует внимание всадников, тренеров и судей на положении шеи и головы лошади, т.е. на передней ее части, как символе, признаке и основной цели Выездки и тренинга. Это при том, что рамка переда должна отображать работу зада, проводимость и гармонию лошади и всадника в результате принятия лошадью средств управления. Рамка переда ни в коем случае не должна быть результатом натяжения повода. Это хорошо видно в правилах немецкой федерации, которые гласят, что лошадь должна искать контакта с рукой всадника, а всадник – предоставлять его, а не наоборот, так как притянутый и удерживаемый на вертикали силой нос лошади не имеет ничего общего со сбором. Наоборот, такие действия мешают правильной работе лошади от зада, притупляют чувствительность, способствуют смещению равновесия на перед и препятствуют экспрессии, сопутствующей движениям лошади, когда та находится в равновесии и сама себя несет.

Концепция сбора и подъема переда. Схематические изображения задних конечностей лошади показывают прогрессивное сгибание и подведение задних ног. В. Мюзелер, 1928.

Это приводит к вопросу сохранения мягкости рта, о чем говорили еще в Неаполитанской школе. Уже тогда стало очевидно, что резкое, жесткое воздействие на молодую лошадь посредством повода, независимо от того, является ли оно делом рук всадника, или получается в результате самозащиты лошади, приводит к прогрессивной потере чувствительности десен. Давайте уже признаем, что, когда всадник дергает за кусок металла во рту лошади одной или обеими руками одновременно, и перемычка трензеля давит на небо, лошади это, мягко говоря, неприятно. Помимо того, около 6000 лет все трензели оснащались усиками для усиления воздействия и предотвращения перетягивания железа рот при одностороннем воздействии. Относительно недавнее изобретение – трензель с простыми кольцами – нельзя назвать шагом в нужном направлении.

В своей книге, написанной в 1610 году и переведенной на немецкий в 1660, Джона Батиста Галиберти, ученик Гризоне и Пиньятелли, рекомендует до освоения базовых навыков работать с лошадью на капцунге или хакаморе, а лишь после постепенно приучать ее к железу. К тому же, повод держится в левой руке, которая сама по себе мягче правой, и никогда не используется. Тренинг продолжается на капцунге, повод от которого держат в правой руке, до тех пор, пока лошадь не обретет легкость и равновесие. Начиная с этого момента от капцунга постепенно избавляются, и выстраивают связь с железом через повод. Но поскольку железо не использовалась в процессе выездки, рот лошади оставался чувствительным  и легким, а позже в Версальской Школе появился принцип «Descente de Main» (Опускание руки), прекрасно описанный впоследствии Робишоном де ля Гериньером и Дюпати де Клам.

Примечательно, что несколько лет назад в Вене были найдены ранее считавшиеся утерянными учебники по верховой езде Испанской Королевской Школы Верховой Езды, относящиеся к 1720 году. Здесь также молодые липицианы обучались на капцунге без железа, к которому приучались только после того, как достигали определенного уровня подготовки.

Остатки этой концепции можно видеть в некоторых европейских капцунгах для работы на корде, которые предполагают возможность пристегивания трензеля. Такие капцунги были популярны в Европе лет 50 назад, но не продавались в США, где идея сохранения чувствительности рта никогда не стояла во главе угла тренинга в Выездке. Однако при такой работе к трензелю никогда не пристегивалась ни корда, ни развязки, поэтому приучение лошади к железу сводилось к постепенному его принятию без какого-либо давления. Позже к трензелю цепляли длинные развязки, но ни в коем случае ни корду, которая лишь выдергивает его изо рта. Это является жестоким обращением с лошадью и практикуется лишь необразованными и бесчувственными конниками.

Мало кому довелось поездить на лошади с поистине чувствительным ртом, поскольку ни тренеры, ни всадники об этом не думают – это не является частью современной американской культуры верховой езды “в поводу». К тому же, раннее внедрение мундштука, не говоря уже о шпрунтах и прочих популярных дополнительных средствах управления, является показателем некомпетентности, так хорошо описанной Удо Бургером.
Так откуда же в английской терминологии взялся термин «в поводу»? Насколько мне известно, он появился с основанием FEI в 1921 году генералом Де Капенти с помощью Доктора Рау и немецкого генерала Хальсинга Берсетта.

Генерал ДеКапенти написал правила и определения FEI, которые мы используем и по сей день, используя изысканную французскую выздковую терминологию со всеми ее нюансами и значениями. Однако нигде в них не встречается выражения хот отдаленно напоминающее термин «в поводу», что в прямом перевод на французский звучало бы “Sur le Mors” – такого выражения просто-напросто не существует.

Беттина Embajador XI выполняет леваду.

Немцы никогда не переводили французские правила FEI, потому что понимаю французскую терминологию и имеют свой конный вокабуляр, что отражено в правилах немецкой Федерации – Базовые принципы верховой езды и продвинутые техники верховой езды. В исходной немецкой версии Правил также нет термина близкого по значению к термину «в поводу», который лишь изредка встречается в переводах Правил на английский язык, видимо, из-за отсутствия иного выражения. Так откуда же термин «В поводу» появился в английском варианте Правил FEI, которые сегодня стали также официальными правилами AHSA?

Поскольку в начале 20го века ни в Англии, ни в США еще не было никакой выездки, равно как и книг и журналов по этой теме, то не было и эквивалентов французским терминам в документах руки ДеКапенти, не говоря уже о том, чтобы они отражали нюансы значений французских понятий. Понятия не имею, кто переводил на английский французские Правила FEI в 20-30е годы, но этот человек абсолютно точно прилично владел французским языком, но слабо знал французскую конную терминологию или мог предположить, как изобретенные им определения повлияют на выездку в англо-говорящих странах.

В отсутствие иной информации, текст Правил FEI был принят ассоциацией AHSA, и до сих пор является официальной версией Правил с термином «в поводу» без детального его разъяснения. Кроме того, правила AHSA включают в себя требования, элементы и аллюры из Правил FEI без четких их распределений по уровням (1-4* перев. Американская система). Даже такие нововведения как «отжевывание повода из рук всадника», введенные в тесты всего лишь 6 лет назад, не сопровождаются детальными разъяснениями.

Для подтверждения своих слов приведу маленький пример с первых страниц свода правил AHSA и продемонстрирую, какие недопонимания могут возникнуть ввиду неправильной интерпретации французских терминов из Правил ДеКапенти: статья 401-3 гласит: “Лошадь производит впечатление того, что сама по собственной воле выполняет элементы, и т.д.», однако уже в статье 401-6 написано: “В ходе всей езда, даже на остановке, лошадь должна оставаться в поводу», что, очевидно, включает в себя все уровни подготовки, так как иного не указано. Это коренным образом противоречит тонкости французского термина «Dans la Main» (дословно “в руке” в значении «в подчинении средствам управления»). Но в статье 403-3 мы видим, что на шагу лошадь не должна быть в поводу, а в статье 403-4.2, — что на среднем шагу она должна быть в поводу. Это какая-то бессмыслица, и, если есть желание, можете пересмотреть все правила от начала до конца и обнаружите еще кучу других противоречий.

Если бы в статье 401-6 мы написали, что в течение всей езды, включая остановку, лошадь должна подчиняться средствам управления всадника, это было бы значительно ближе к французскому оригиналу и не акцентировало бы внимание на руках, поводе и передней части лошади, а также привело бы к более комплексному подходу к применению средств управления при выполнении конкретно взятого элемента.

Использование термина «В подчинении средствам управления» или «в средствах управления» вместо «в поводу», мы бы приблизились к многогранности исходного французского термина в таких частях Правил, как “обучение молодой лошади прогрессивному принятию средств управления» вплоть до тех уровней подготовки, когда лошадь должна полностью их принимать. Сюда относится также легкость и баланс: это не удерживание искусственной рамки переда поводом, а акцент на посадке, весе, гармонии между всадником и лошадью, своевременное и скоординированное применение средств управления. Искусственно созданная рамка переда препятствует экспрессии движений, характерной для лошади, находящейся в равновесии.

Нет ничего сложного в том, чтобы заменить термин «в поводу» и навсегда стереть его из вокабуляра конников, поскольку за последние 50 лет мы в Америке создали свой словарь конных терминов. Такие термины, как «принятие средств управление», «подчинение средствам управления», «проводимость», «связь», «легкость», «равновесие», «баланс», «качающаяся спина», «расслабление», «работа от зада» и т.д. значительно точнее передают то, что мы на самом деле имеем в виду, и то, что является истинными целями выездки.

Беттина на Embajador XI выполняет леваду.

Тогда мы получим то, что говорил в Правилах FEI Декапенти, а именно, что лошадь должна производить впечатление того, что сама, по собственной воле выполняет требуемые  элементы, а не притягивается за вертикаль, не сваливается на перед и не проводит энергию задних ног через спину. К сожалению, это то, что мы видим, начиная с самого первого уровня подготовки и до многочисленных ужасных пиаффе, пассажей, пируэтов и переходов.

Гораздо лучше характеризует истинные цели выездки подход, когда, как раньше говорили немцы, «лошади дозволяется искать средства управления», что можно также выразить словами «скоординированные средства управления», «средства управления, не мешающие лошади», «вес всадника как средство управления», «ноги как средства управления» и т.д.

В подтверждение правильности принципов работы современной выездки в европейских и американских журналах мы видим фотографии победителей с неправильными, затянутыми силой, укороченными рамками переда. При том, что сейчас многие говорят о классической выездке, никто особо не стремится пересмотреть картинки и фотографии прошлых лет. Примечательно, что изначальные иллюстрации в учебнике Мюзелера изображают степени сбора с подъемом носа относительно вертикали по мере увеличения сбора, что считалось правильным, пока во главе FEI стоял Ниггли, но оказалось неправильным или старомодным сейчас.

Беттина на Embajador XI выполняет пассаж.

С одной стороны, журналы печатают высказывания Харри Больда, Клауса Балькенхоля, Кристины Штукельбергер, Синди Садор и т.д., осуждающие удерживание рамки переда силой, с другой, — публикуют десятки фотографий, демонстрирующих противоположное: закрученных силой лошадей, который становятся победителями соревнований. Возьмите любой американский конный журнал и убедитесь в этом сами.

Относительно недавний пример: В одной из статей Кристин Штукельбергер говорит: «Сегодня лошадей скручивают силой. Это неправильно. Судья должен штрафовать всадника, когда лошадь напряжена и все время находится за вертикалью».

Харри Больд говорит: «Что касается шей лошадей, то, мне кажется, судьи должны обращать больше внимания на то, чтобы носы лошадей находились перед линией отвеса».

Снайдор повторяет комментарии своих коллег и дополняет, что чрезмерное внимание к переду лошади угрожает плохими результатами на соревнованиях: «Плохо, когда слишком много внимания уделяется голове, шее, передним ногам. Непрофессионалу это может показаться более зрелищным, но в мы не должны это пропагандировать».

Беттина на Embajador XI. Рабочая рысь.

Другой источник сегодняшний высоких баллов – это аллюры, а не качество выполнения сложных элементов. Только взгляните на лошадей: пиаффе, пассажи, менки, переходы и т.д. — все средней паршивости. Но немецкие верховые лошади будут двигаться вперед независимо от того, какое положение головы диктует всадник, даже если оно не вписывается в рамки правильного тренинга и сваливает их на перед.

В заключение могу сказать, что, поскольку на сегодняшний день в американском конном вокабуляре есть термины, описывающие истинные цели выездки, возможно, пришло время пересмотреть наши правила и избавиться от бессмысленных и, более того, разрушительных для будущего нашего спорта терминов.

Это было бы хорошим началом нового века.

Оригинал

Почему так популярно доп.снаряжение для работы лошадей?

Дело в том, что очень мало всадников и тренеров умеют правильно добиваться от лошади той мягкости и округленности, к которым все стремятся. Под понятием «правильно» я подразумеваю гимнастически, за счет связи лошади и всадника, а не за счет какого-либо воздействия на перед. Секрет заключается в биомеханическом воздействии всадника на лошадь, в результате которого она постепенно развивается физически.

Пропаганда, традиция и ошибочные установки относительно «правильной» посадки мешают людям искать и пробовать, так как все, что не вписывается в понятие привычного (в контексте посадки), не допускается. Выездка целиком и полностью завязана на визуальной стороне, что мешает всадникам биомеханически правильно воздействовать на лошадь, даже если они это умеют.

У меня большой и не самый приятный опыт онлайн-дискуссий в Фейсбуке и других площадках. Как бы странно это ни звучало, многие серьезные всадники считают полной глупостью тот факт, что на лошадь, ее осанку и качество движений можно оказать воздействие постурально (грубо говоря, корпусом). Хотя это ВОЗМОЖНО и требует всего лишь определенных навыков! Конечно, процесс обучения не скорый. Он требует времени и сил, а также определенной открытости для нового, незашоренности.

В верховой езде есть негласное правило: когда садишься на лошадь, нужно «поставить ее в повод» любыми средствами (чем менее заметными со стороны, тем лучше). Как правило, в этом помогает мундштук — очень мощный инструмент сам по себе. До тех пор, пока такой подход к верховой езде будет считаться нормальным, будут повсеместно использоваться и прочие дополнительные средства управления.

Габриэль Даро