Траектория взгляда всадника

Перевод Ксения Давыдова для Strada Saddles Russia

В книге «Когда два позвоночника находятся на одной линии: динамика выездки» (англ. «WHEN TWO SPINES ALIGN: DRESSAGE DYNAMICS») автор Бет Баумерт (англ. Beth Baumert) рассказывает о четырех физических «линиях» (перев. по аналогии с линиями электропередач) — вертикальной, связующей, спиральной и линии взгляда, — которые обеспечивают равновесие и эффективность всадника в седле. Линия взгляда влияет на баланс и траекторию движения лошади.

Линия или траектория взгляда всадника — это связь между вами, вашей лошадью и внешним миром. Ваше тело следует за траекторией движения, а взгляд фокусируется на одной точке — букве, дереве, столбе, — которая отныне является ориентиром, относительно которого вы будете управлять лошадью.

Всадник, который постоянно смотрит вниз (на шею лошади), совершает не меньшую ошибку чем тот, который держится за лошадь ногами. Поскольку он не видит того, что происходит вокруг, то движется в равновесии лошади, используя его как ориентир. Всадник, который смотрит вниз, обречен на езду «на переду» и не способен сместить равновесие на зад. Некоторые всадники нервно смотрят по сторонам. Лошадь чувствует это точно так же, как и всадник, лошадь которого смотрит по сторонам. Однозначно, это не то, что нам нужно.

Траектория взгляда всадника играет потрясающую роль в равновесии лошади. Она может задать лошади нисходящий (под горку), горизонтальный или восходящий (в горку) баланс. Угол наклона седалища зависит от равновесия лошади, которое, в свою очередь, привязано к траектории взгляда всадника. Когда взгляд направлен вниз, седалище всадника не только находится в нисходящем равновесии, но и не может сопровождать движение спины лошади.

Когда траектория взгляда горизонтальна, угол седалища помогает исправить естественное равновесие лошади с нисходящего (под горку) на горизонтальное, так как горизонтальный баланс лошади помещает седалище всадника в горизонтальное положение. Находясь в равновесии с горизонтальной траекторией своего взгляда, всадник может перевести лошадь в восходящее равновесие (в горку).

Если вам сложно контролировать траекторию взгляда, представьте, что вы совершаете полуодержки головой. Это заставит вас вдохнуть и поднять голову, что, в свою очередь, исправит баланс лошади как продольно, так и латерально. Седалище не может эффективно работать, когда голова не уравновешена относительно той точки, в которой ваш позвоночник сходится с позвоночником лошади.

Попробуйте следующее упражнение:

Шаг 1: Возьмите повод за пряжку. Держите руки над передней лукой.

Шаг 2: Пройдите взглядом маршрут движения. Обратите внимание на то, как взгляд сказывается на положении вашего тела. Не позволяйте голове отклоняться от вертикали. Следите за тем, чтобы руки, плечи, колени и мыски также смотрели в направлении движения.

Шаг 3: Ездой налево зайдите на диагональ. При этом перенесите вес на левую седалищную кость и ведите лошадь в поворот наружными (правыми) средствами управления. Почувствуйте, как работает ваш вес. Возможно, придется активнее работать внешним шенкелем.

Шаг 4: В конце диагонали поверните направо, нагрузив правую седалищную кость и направляя лошадь наружными (левыми) средствами управления. Настаивайте на том, чтобы лошадь следовала за движениями вашего корпуса.

Шаг 5: Когда лошадь научится понимать язык вашего корпуса, возьмите повод и начните разминку. Вы увидите, что лошадь очень чувствительна к управлению корпусом, и что повода теперь требуется очень мало.

Источник

Share

Нуно Оливейра — о легкости

Автор: Нуно Оливейра

Перевод: Ксения Давыдова для Strada Saddles Russia

“…В моем понимании, легкость характеризуется одновременным выполнением следующих условий: активности зада и гибкости спины, позволяющей с самого начала работать в определенной степени сбора без прямого воздействия руки. Такая легкость возможна только на прекрасно сбалансированной лошади…
Эта истинная легкость обеспечивает мгновенное подчинение лошади малейшему требованию всадника…
На самом деле, искусно выезженной лошадью можно управлять «весом повода» (Ла Гериньер). Я считаю данную трактовку Легкости маркой высшей школы верховой езды. Она далека от методик, которые под предлогом напряженности лошадей провоцируют и поддерживают постоянное натяжение поводьев…» (Нуно Оливейра, «Réflexions sur l’art équestre», 1965)

«Одни говорят: толкайте на руку и не позволяйте терять контакт с поводом. Другие говорят: бросьте повод, чтобы лошадь привыкла работать на свободе, весело и легко. Безусловно, в каждой формуле есть разумное зерно. Нужно знать, когда сохранить контакт, а когда его ослабить, причем то, когда и что делать, зависит от лошади, с которой вы в данный момент работаете. Это зависит от ее желания двигаться вперед, от ее нервного импульса, от причин ее скованности и асимметрии. Некоторых лошадей сначала необходимо держать, а затем расслаблять, других – сначала расслаблять, а потом придерживать» . (Нуно Оливейра, «Propos d’un vieil écuyer aux jeunes écuyers”, 1986)

Share

Чарльз де Кюнффи «Dressage Principles Illuminated»

Чарльз де Кюнффи «Dressage Principles Illuminated»

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

…Лошадь «живет» скакательными суставами, а не головой…
…Каждый, кто садится на лошадь, должен приложить много усилий к тому, чтобы попросить у нее прощения за то, что это сделал. Добиться прощения позволит сочетание ума, образования и опыта…
…Гениальность правильного классического тренинга строится на принципе использования естественных тенденций (в поведении лошади), даже нежелательных, в своих целях. Мы распознаем механизмы бегства лошади (прогнутая спина, ускорение ритма, отсутствие прямолинейности движения) и «обуздываем» их с целью достижения продольного сгибания (растяжения позвоночника) и контроля над задними конечностями лошади. Это достигается замедлением темпа, а также смещением баланса лошади на зад для движения в сборе. Выпрямляя лошадь и настаивая на том, чтобы она одинаково и в равной мере использовала задние ноги, мы помогаем ей достичь прямолинейности и перенаправить энергию задних конечностей…

Share

На подпруге

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

Интересный комментарий к описанию правильной посадки А.Подхайским:

Подхайский пишет: «Голень должна образовывать тупой угол к бедру и лежать близко к телу лошади, свисая без напряжения под своим естественным весом. Она должна находиться на подпруге. Стопа, параллельная корпусу лошади, должна быть продолжением ноги, развернутой внутрь по всей своей длине. Пятка должна быть самой низкой точкой стопы».

«Тупой угол» означает правильную длину стремени. Слишком многие современные всадники возвращаются к прямой ноге 18го века в попытке «удлинить ногу», и в результате выглядят так, как будто бы их подвесили над лошадью на крючок для одежды. При этом всадники Испанской школы верховой езды умудряются глубоко сидеть в седле с явными углами в бедрах и коленях.

Ааа, ‘на подпруге’! Это выражение рисует в воображении множество картинок, но общепринятое классическое понимание сводится к тому, что мысок сапога всадника должен находиться на уровне переднего края подпруги. Однако это не аксиома! Аксиомой является то, что ноги всадника должны находиться под ним, будто он стоит над лошадью, и в том случае, если лошадь вдруг исчезнет, останется стоять в равновесии на земле. В этом случае легко заметить, что голень всадника не может быть вертикальной. Вертикальным должно быть путлище, а голень — располагаться под углом в сторону задних ног лошади с пяткой как крайней точкой растянутой ноги. (К этому описанию можно много чего добавить. В частности, если шнеллер находится слишком впереди, как на большинстве современных седел, — путлище также будет оттягиваться назад, так как, если вы позволите ему свисать вертикально вниз, ваша нога «уедет» вперед! Попросите кого-нибудь оценить равновесие вашей посадки с земли).

Чтобы еще усложнить ситуацию, ответьте на вопрос: если ваши плечи, бедра и пятки находятся на одной вертикальной линии, но мысок при этом оказывается не на подпруге, стоит ли забыть об этой «вертикали» и брать за отправную точку подпругу? Ответ на этот вопрос — четкое «нет»! Ни в коем случае не жертвуйте равновесием и правильным положением позвоночника! разные седла, разные подпруги, разные грудные клетки у лошадей. Шенкель на подпруге не имеет смысла без правильного расположения позвоночника и равновесия, которые являются основой всего (в верховой езде).

Источник

Share

Нуно Оливейра — о ногах всадника

Автор: Нуно Оливейра

”Propos d’un vieil écuyer aux jeunes écuyers”(перев. “Слова старого берейтора молодым»), 1986

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

«О руках всадника написано много, но мало работ посвящено проблеме ног. Большая часть неприятных ощущений в руках является результатом плохой работы ног. Мы склонны злоупотреблять давлением ног, и сейчас я просто и быстро объясню, почему этого делать не следует: лошадь дышит, и в случае длительного давления ног, она вынуждена дышать со сдавленными боками. Ноги должны свисать вниз вдоль корпуса лошади расслаблено, неподвижно, они должны быстро касаться боков лошади и сразу же ослаблять давление, по необходимости вновь касаться и вновь ослаблять давление через долю секунды. Большинство всадников постоянно держит ноги прижатыми к лошади, с идеальной пяткой вниз и со слишком высоко надетыми шпорами, и они не отдают себе отчета, когда прикасаются к лошади. Очевидно, что с такими ногами нельзя рассчитывать на высокую чувствительность – ни боков лошади, ни посредством повода.

Важно также то, что всадник не понимает, что, сжимая ноги, он напрягает спину, мешая правильной работе поясницы, и это замкнутый круг. Ноги должны прикасаться быстро, быть легкими и более энергичными, если нужно включить шпору. Слишком высоко надетая шпора не позволяет легко трогать лошадь, для чего нужно опустить мыски (чтобы расслабить пятку) и прикоснуться к лошади так, как пальцы гитариста прикасаются к инструменту.

При обучении боковым движениям и приниманию, нужно касаться лошади на одном шагу, прекращать давление на следующем, давая лошади достаточно времени для того, чтобы без спешки шагнуть крестом, — спешка случается всегда, когда всадник чрезмерно давит, и в результате крест получается недостаточно выраженным из-за недостатка времени для сохранения каденции. Если вы полагаете, что шпора нужна только для усиления воздействия ноги, не ждите от лошади высокого уровня импульса и легкости.

В некоторых случаях шпора помогает расслабить и при очень тонком использовании сдать в челюсти в результате цепи мышечных реакций и спазмов. Это не значит, что данный совет применим ко всем лошадям без исключения. На некоторых лошадях, не слишком щекотливых и не слишком горячих, всадник может посредством «расслабляющего» воздействия шпоры достичь округления и легкости, необходимых для выполнения всего, что он пожелает. На других лошадях, слишком холодных или слишком горячих, искусство расслабляющего воздействия шпоры дано лишь немногим всадникам. Я также рекомендую большинству всадников использовать шпоры без колесиков: они меньше щекочут лошадь и вызывают меньше сопротивления. При этом для расслабления шпоры с колесиками действуют более тонко и мягко.
В любом искусстве есть бессмертные творения, посредственные работы и отвратительные попытки. Каждый раз их реализуют разные люди. То же самое касается и всадников: для них нет единой системы»…

Share

Нуно Оливейра — о всаднике

Автор: Нуно Оливейра

”Propos d’un vieil écuyer aux jeunes écuyers”(перев. “Слова старого берейтора молодым»), 1986

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

Тактичный всадник, обладающий хорошей посадкой, глубоко сидящий в седле, должен позвоночником чувствовать все, что происходит в спине и конечностях лошади. Оставаясь сидеть прямо, он должен уметь переносить вес то на одну, то на другую сторону с целью нагрузить или разгрузить определенную часть тела лошади. Он может больше или меньше нагружать одно стремя, одну ягодицу и за счет поясницы опускать то или иное плечо, отводить его назад или выводить вперед. Он также может немного наклоняться вперед для облегчения зада или назад для облегчения переда. Все это – различные действия, а чувство лошади и мгновенная реакция позволяют давать верную команду в верный момент. Выездка лошади – это в первую очередь ощущения и попытки, в зависимости от того, что вы чувствуете, помочь лошади, а не заставлять ее. В настоящий момент у меня в тренинге находится молодая лошадь, которая очень высоко и выражено пиаффирует. Так вот, совсем недавно я немного наклонялся вперед, чувствуя, что ее зад еще не готов нести полную нагрузку. Когда она привыкла качественно работать задом, я постепенно сел вертикально. Не думайте, что в ходе выездки лошади нельзя помогать ей, меняя свое положение. Когда лошадь обретет симметрию и легкость, всадник станет неподвижным, оставляя поясницу расслабленной. Сохраняя вертикальную посадку, необходимо также уметь сидеть тяжело или облегчать посадку. Чтобы тяжело сесть в седло, нужно хорошо вжать в него ягодицы, а чтобы облегчить посадку – напрячь их. Выбрать, как сесть в тот или иной момент, вам поможет чувство лошади. Теоретик думает только о системе, однако только практика поможет всаднику научиться выбирать, что делать, поскольку для этого требуется чувствовать лошадь и мгновенно реагировать. Лошадь – это живое существо, и ее рефлексы значительно быстрее человеческих. Цель всадника – стараться чувствовать и действовать так же быстро, как и лошадь.

 

Share

Нуно Оливейра — о выездке — Конференция в МАФРА 1981

Автор: Нуно Оливейра
Отрывок из выступления на конференции на тему Descente de main (перев. опускание руки) в военном центре физической культуры и верховой езды «Мафра», 24 июля 1981 года
Певевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia
…Итак, дорогие друзья, давайте теперь погрузимся в современный конный мир. Высшую Школу везде называют «выездкой», что по-португальски означает «обучение». Таким образом термин «выездка» некорректен, ибо любая лошадь вне зависимости от выбранной дисциплины должна быть обучена – прыгать, развиваться на манеже, тащить телегу или соху. Но есть мода: в 18 веке носили камзолы и парики, сейчас мы носим рубашки с короткими рукавами и расстегнутым воротником и, мне кажется, даже начинаем ходить в таком виде в гости на ужин. В 18м веке лошади были выезжены так, что на них ездили c поводьями в одной левой руке, а в правой – грациозно держа трость. Сегодня поводья держат в обеих руках.

Боше и его любви к Высшей Школе мы обязаны тем, что сегодня движет современной выездкой. На нее оказывает влияние внедрение чистой крови, наводнившей Европу в виде спортивных и охотничьих лошадей. Мы пытаемся воспользоваться их просторными, стелящимися аллюрами. При этом, еще граф Ор в своем трактате о верховой езде говорил, что в Версале прибавленная рысь пагубно сказывается на сборе лошадей, предназначенных для пиаффирования и школьных прыжков. Боше же сумел адаптировать к современным лошадям все основные принципы Высшей Школы, работу по которой он мог наблюдать за решетками Версаля в исполнении таких мэтров, как Д’Aбзак и прочих на наварских, испанских, короче говоря, округлых лошадях. Ему мы обязаны ключевыми словами выездки, которые на смертном одре он сказал своему дорогому ученику генералу Лотту: «Только так», взяв его за руку и удерживая, и «ни в коем случае не так», притягивая ее к груди.

Верховая езда изменилась, так как изменились лошади. Пассаж стал более широким, с большим подвисанием и меньшим подъемом. То же самое и с пиаффе. Начали практиковать прибавку на рыси на тех лошадях, которые этому способствуют. Немец Ридингер предпочитал и пропагандировал лошадей, способных к Высшей Школе и школьным прыжкам, так как полагал, что эти упражнения способствуют смещению веса на зад. Сегодня такие лошади больше никому не нужны. Повторюсь, что все это мода, причем мода напрямую связана с типом лошадей, которые есть в наличии у того или иного народа. Сегодня есть тенденция к разведению стандартного типа лошади, основанного на смеси немецкой и английской крови.

Сегодня выездка Высшей Школы перестала быть искусством и превратилась в спорт, сложный спорт, требующий от лошади врожденного равновесия, доброго нрава и широких движений, не слишком тонкого склада, дабы принимать совсем не тонкое управление современных всадников, активно прибегающих к силе рук и поясницы. Это никак не сочетается с озабоченностью мягкостью и расслабленностью рта тех авторов, которых я упоминал и цитировал ранее. Большой Приз проехать сложно. Но артистический аспект в нем заменила точность машины, что является духом времени, несущим в выездку немецкую дисциплину и оказывающим влияние на лошадей, которые в большинстве своем отличаются тяжестью и мощью. Они занимают первые места благодаря правильности и рабочим качествам. Для победы первостепенно важно умение рисовать идеальные геометрические фигуры в нужный момент времени. Это очень сложно, но при этом теряется артистическая экспрессия лошади.

Однажды, когда я в очередной раз приехал в Сомюр, шеф-берейтор Кадр Нуар устроил для всадников «видео-урок». На первом видео был полковник Лезаж на англо-арабе Тэне на Олимпийских Играх в Лос-Анжелесе — легкие, незаметные средства управления, незначительное по сравнению с современным натяжение повода. Второй записью было выступление Филатова в Риме – средства управления стали значительно менее тонкими, хотя и значительно тоньше тех, что мы видим у современных всадников. Третье видео было сделано на недавних Олимпийских Играх – здесь как средства управления, так и натяжение повода были значительно заметнее и сильнее. Скорость выполнения теста увеличилась, классические элементы потеряли свою красоту и артистическую экспрессию. Такова мода. Выездка стала спортом. Но самое страшное я скажу вам сейчас. В последнем ролике было видно, как всадница выезжает верхом на лошади из конюшни. Мое изумление вызвало то, как в следующий момент лошадь развернулась на 180 градусов и несмотря на все усилия всадницы и управление поводом рванула обратно. Затем лошадь вновь появилась в воротах под той же всадницей, но в сопровождении личного тренера, который вел лошадь под уздцы… Мне безумно нравится каденция этой лошади во время езды по боевому полю 20*60м, но меня поражает, что олимпийский чемпион управляем только на плацу! Так я был несколько обескуражен тем, чем оказался чемпион мира и Олимпийский чемпион по выездке, заменивший собой то, что словами мсье де ла Гериньера в Высшей Школе называлось: «Грация является прекрасным украшением искусства»…

Share

Следуя классическим принципам

Чарльз де Кюнффи в интервью Кристоферу Гектору

Перевод: Ксения Давыдова для H-H-T.RU

Австралийский чемпионат по выездке 1986 года дал нам возможность познакомиться с одной из наиболее значимых личностей современной выездки – Чарльзом де Кюнффи. Чарльз родился в Венгрии, успешно выступал в конкуре, троеборье и выездке, был членом олимпийской сборной Венгрии. Сейчас он живет в Калифорнии и пользуется большой популярность как лектор и международный судья по выездке.

Чарльз де Кюнффи написал много книг по теории выездки, включая Dressage Questions Answered (перев. «Ответы на вопросы по выездке»).

Очевидный первый вопрос: на что вы смотрите в выездке как судья?

“Я всегда смотрю на одно и то же: насколько гибки суставы лошади, насколько эластичны ее мышцы, насколько лошадь демонстрирует свои атлетические достижения, двигаясь в легкости, неся вес на заду и оставаясь в поводу. На ритмичную каденцию при отрыве от земли, – когда лошадь не просто движется вперед, а несет себя вперед. Все это является следствием правильного расслабления, необходимого для всего остального.”

“Когда видишь признаки того, что лошадь не расслабляли традиционными методами в ходе тренинга, она не демонстрирует гибкости и эластичности. Движение останавливается в каких-то зонах тела лошади. Движение должно всегда течь через тело лошади, являющееся одним целым. Ужасно, когда оно блокируется в каком-то месте, потому что в этом случае соприкосновение с землей травмирует организм лошади… И вместо атлета мы получаем на выходе калеку!”

“На международном уровне важна не только бОльшая выраженность аллюров по сравнению с более низкими уровнями. Аллюры должны быть более воздушными, в то время как лошадям более низкого уровня подготовки необходимо чаще касаться земли для сохранения равновесия.”

“На международном уровне лошадь должна уметь как бы противостоять гравитации».

Видите ли вы какие-то конкретные проблемы, глядя на наших лошадей?

“Проблемы сейчас есть везде. Я не знаю ни одной страны, где бы все всегда было правильно. В Америке те же проблемы, что у вас в Австралии: грубо говоря, каждый всадник и берейтор занят «подготовкой» лошади к следующим стартам, в то время как больше внимания следует уделять подготовке всадников. Лошадь умеет быть лошадью, нужно всего лишь оставить ее в покое. А всадники не умеют ездить. Необходимо воспитывать всадников, и это сразу же решит проблему работы с лошадьми. Знающий всадник никогда не причинит неудобства или вреда лошади, не говоря уже о том, что не разобьет ее.”

“До тех пор, пока мы будем позволять всадникам с неправильной посадкой и неправильными средствами управления садиться на лошадей, ошибки будут только копиться. Чем больше они ездят на лошади, тем больше они ей вредят, в то время как все должно быть наоборот – чем дольше хороший всадник ездит на лошади, тем прекраснее становится лошадь. Примером тому может быть восемнадцатилетний Amon, который с каждым годом становится все великолепнее. Старше, но прекраснее.”

“В Испанской школе верховой езды есть лошади в возрасте двадцати восьми лет, которые выглядят лучше, чем в свои четыре! Здесь же лошадь достигает своего расцвета в 4 года, а затем с каждым годом становится все более больной и несчастной. А всему виной то, что мы больше не обращаем внимания на всадников. Если так будет продолжаться, то искусство будет утрачено. Искусство несет всадник, а не лошадь.”

“Нельзя ожидать, что лошадь сама выйдет из денника, поседлается и скажет «поехали». Все это идет от всадника, и если всадники не будут правильно предлагать это лошадям, мы утратим Искусство.”

Вы, должно быть, и в США сталкивались с тем, как выездковую традицию создают из ничего?

“Для нас это было большой проблемой, ведь, когда заимствуешь традицию другой страны, необходимо также заимствовать и опыт этой страны. Проблема заключается в том, что опыта остается все меньше, в то время как дисциплина развивается гигантскими темпами. Есть хорошее выражение: «эскимосом много, а тюленей мало». Каждый хочет ездить выездку, но нет специалистов, которые могли бы этому научить, и тогда становится очень выгодным учить, и каждый встречный-поперечный  берется за это, не являясь экспертом в деле.”

“Как следствие – в массе своей мы имеем очень посредственное, если не низкопробное обучение, так как те, кто им занимаются, на самом деле ничего не знают и не умеют. Насколько я знаю, ни в Австралии, ни в Америке те, кто действительно что-то знает и умеет, не делают попыток создать новый пул носителей стандартов. Даже наоборот – все ждут, пока они вымрут… и мы сможем увидеть, как новое поколение будет справляться без знаний. Ситуация крайне грустная!”

“Как и изобразительному искусству, верховой езде нельзя научиться по книгам, так как речь идет о живых существах. Знания передаются от мастера к ученику. Ученика должен кто-то учить, при этом в том, что касается базовых принципов, не нужно изобретать велосипед.”

“Я пришел к тому, что можно составить свою систему взглядов на успехи своей лошади, но заключительного штриха, пика можно достичь только благодаря крепкому фундаменту классической подготовки лошади, сформированному за последние 400 лет. Эти знания прагматичны, правильны, проверены временем и не могут изобретаться каждым всадником заново. Эти знания вбирают в себя опыт сотен тысяч всадников четырех веков. Ваши тридцать лет работы с одной лошадью не могут вместить в себя всего этого опыта.”

Изменились ли эти навыки в 20м веке с развитием спортивной выездки?

“Абсолютно нет. Они не только не изменились, но и не изменятся, и не могут измениться, потому что тело и голова лошади, равно как и тело и голова человека не изменились. Спортивная выездка – это пропагандистский слоган. Наш мир полон слоганов. Мы перестали разговаривать, мы только бросаемся устойчивыми выражениями.”

“Между классической и спортивной выездкой нет противоречия. Спортивная выездка – это классическая выездка, так как не может быть ничем другим. Раньше было так: человек решал посвятить себя тренингу лошадей и раз в четыре-пять лет выезжал на войсковой конкурс, где мог выиграть ленточку или серебряный кубок и честь поцеловать ручку графини, которая их вручала. В этом не было материальной составляющей, никто не соревновался, сейчас же это истерия.”

“Соревнования выпячивают эго и заставляют забывать о лошади. Всадники ломают головы над тем, как скрыть ошибки сырой лошади, которая не была должным образом подготовлена. Сейчас этому нашли название – «спортивная выездка», но это НЕ выездка, это насилие, которое пагубно для здоровья. Это не выездка, а хитрая и умная попытка манипулировать лошадью от буквы к букве таким образом, чтобы обмануть глаз судьи. Это не выездка и не может высоко оцениваться. И это не спортивная выездка, а просто плохая езда.”

“С другой стороны, есть общеукрепляющая, восстанавливающая выездка, которая учит лошадь прямолинейности, не имеющейся у нее от природы. Такая выездка имеет терапевтический эффект, так как учит использовать свое тело без вредя для здоровья, и, НАКОНЕЦ, такая выездка атлетична. Но все начинается с общего укрепления и восстановления, перерастающего в терапию, и лишь потом вы получаете право заниматься гимнастикой. Если после этого вы выедете на боевое поле, то 70% ваши.”

“Нет противостояния спортивной и классической выездки. Есть классическая выездка ради соревнований или тренинга. Те, кто считает спортивную выездку особым видом, всего лишь прикрывают этим отсутствие знаний и желание потешить свое эго выступлением на публику.”

А как вы относитесь к изображениям на полотнах 16го-17го веков?

“Все это было изменено Гериньером в 1732-1738. Кто-то уплыл в Америку и не услышал его, и они до сих пор ездит на скрученных лошадях с длиннющими стременами и шпорами и провисающим поводом… Мы называем этот стиль езды Вестерном. Вестерн – это выездка, которую знали те, кто покинул Европу до того, как Гериньер решил «исправить положение вещей.”

“Marzog и Ahlerich демонстрируют, как в результате вклада Гериньера расширилась рамка движения лошади.”

Marzog и АннГрет Йенсен (Anne-Grethe Jensen)

Вы имели доступ к живой традиции…

“Мы всегда считали, что верховая езда – это дело головы, духа и тела. Сейчас верховая езда стала люксом, и акцент первой фразы сместился на голову и дух, в то время как традиция оказалась под угрозой. Когда лошадь была важным рабочим инструментом, не нужно было заниматься головой всадника, так как он был вынужден с уважением относиться к лошади по финансовым соображениям (см. «История выездки«). Сейчас же, если не заниматься головами и не вкладывать в них науку, мы потеряем искусство.”

“В течение многих веков лошадь и верховая езда были частью образования европейской элиты. Те, кто был наделен правом управления, проходил обучение лошадью. Лошадь обязывала учиться, быть храбрым, сдержанным. Она учила этому всему. Не нужно было говорить о сострадании – его просто чувствовали. Править можно только при наличии определенных черт, и все эти достоинства развивались благодаря общению и работе с лошадью.”

“Следующий важный момент – наука или интеллектуальный аспект. Необходимо досконально знать анатомию и психологию лошади, а также ее физические возможности. Каждый всадник должен сам работать свою лошадь и уметь тренировать ее последовательно, естественно, системно, с сочувствием и любовью.”

“Наука позволяет предвидеть, к чему ведут те или иные средства. Что нужно сделать, если лошадь недостаточно гибкая? Вы должны разбираться в своем деле, как профессор. Вы не сможете тренировать лошадь, находясь в интеллектуальном вакууме.”

Одна из наиболее интересных идей вашей книги – диалектическое решение проблем…

“Да, именно. Нельзя добиться правильной посадки, работая над ней вне лошади. Нужно заниматься на корде, махать ногами и руками, делать наклоны и повороты корпусом и т.д. – то, что вы никогда не смогли бы позволить себе на Олимпиаде. В конце концов, вы добьетесь абсолютной неподвижности на лошади, но к этому нельзя прийти, не пройдя стадию «повышенной мобильности» в седле. Работа с лошадьми и верховая езда – это наука противоречий, но знающее это поколение медленно вымирает.”

“К классической работе с лошадью можно вернуться в любой момент, но мы не выказываем желания к ней возвращаться. Мастера все еще есть, а любое искусство живет до тех пор, пока жив последний его адепт.”

Как определить истинного мастера?

“По результату. Я знаю всадников, которые рассказывают: «Я поехал на мастер-класс, и моя лошадь сначала была просто напряженной, а потом начала истерить — осаживать и носиться. У меня онемели кисти, руки свело судорогой…’ Я на это отвечаю: “Делайте выводы». Другие рассказывают: «Сначала я весь зажался от страха, в под конец лошадь успокоилась и продемонстрировала столь элегантные аллюры, что я просто сел в седло и просто следовал за лошадью. Прекрасный день!». На это я говорю: «Вам определенно повезло попасть к знающему человеку». Все просто: не нужно быть проницательным, чтобы выявить шарлатана – его выявит неудовлетворительный результат.”

“Но каким бы великим ни был учитель, не рассчитывайте на скорый результат. Нельзя стать конником за месяц. Этому учатся всю жизнь. Все мы только учимся и ищем…”

Примечание редактора: Еще 30 лет назад Чарльз де Кюнффи высказывал свои опасения. Если бы я опубликовал это интервью до Чемпионата Европы 2011, на котором команда Хестера и Дюжардэн изменила лицо выездки, эти предостережения были бы еще более актуальными и страшными. Любопытно, что вызов классической выездке бросают не страны Нового Света, а расположенная в самом сердце Европы Голландия, не имеющая, к слову, своей национальной школы верховой езды и довольно поздно появившаяся в мире спортивной выездки. Современная выездка даже на высшем уровне все еще отвратительна, но кажется, что США присоединились к Британии в установке стандарта цивилизованной, элегантной выездки.

– Крис Гектор

Источник

Share

Чарльз де Кюнффи: «Классическая» выездка является таковой не просто так

Не достаточно знать правильные упражнения. Всадник должен также понимать их цель и то, что все они в конце концов ведут к одному – к смещению центра тяжести лошади на задние ноги с целью разгрузки передних конечностей и плеч.

«Элементы», которые вы демонстрируете на соревнованиях, на самом деле являются упражнениями. Когда в схеме фигурирует вольт 10м, судьи и тренеры должны следить за выполнением определенных критериев. Этот вольт был включен в схему езды не просто так. Есть причина, объясняющая, почему среднюю рысь просят выполнять по прямой. Малый приз включал в себя среднюю рысь по вольту, но потом этот элемент отменили, хотя я считаю, что зря.

Всё (перев. Всё вместе) – это больше, чем сумма составных частей (синергия), потому что есть еще конфигурация, порядок соединения этих частей. Если вывалить на землю бревна и черепицу, это будет всего лишь куча стройматериалов. Если же их упорядочить, собрав дом, то в нем можно будет жить. Без порядка, без определенной конфигурации, ничто не имеет смысла. Если вы это понимаете, то сможете посредством правильных упражнений и тренинга выездить свою лошадь.

“Спортивная выездка и классическая – это одно и то же. Спортивная выездка позволяет судьям оценить прогресс классической выездки. Чем точнее всадник будет следовать классической традиции, тем выше будут оценки.”

Современное конезаводство дает нам возможность наслаждаться величайшим богатством конного потенциала. Когда меня учили, нам приходилось изучать классические методы, чтобы превращать деревенских лошадок в большепризных, и это требовало немалой работы! Сейчас можно купить лошадь, которая от природы прекрасно выполняет менки и способна двигаться в сборе уже через четыре часа после своего рождения! Бедняжке фактически не нужен тренинг, однако и ее подготовка должна быть последовательной, потому что она живая и не может пожаловаться вам на боль и страдание. Всадник не должен идти коротким путем, ему следует провести своего воспитанника через последовательный ряд упражнений, направленных на укрепление и развитие гибкости лошади точно так же, как если бы он работал с деревенской кашлаткой без прекрасных естественных аллюров.

Где заканчиваются знания, начинается жестокость. Мы должны понимать, что если работаем с лошадью, не чувствуя ее физических и психологических возможностей, то можем прийти к тому, что называется «приобретенной беспомощностью», когда лошадь научается даже не пробовать учиться.

“Еще в 70е годы 20го века было установлено, что лошади имеют врожденную способность отключаться и не реагировать на внешние воздействия, что происходит в случае жесткой работы. В ходе эволюции лошади научились прятать свои слабые места и показывать стоическую природу.”

Тренеры зачастую неправильно трактуют лошадиный стоицизм, и он влечет за собой еще большую жестокость по отношению к лошади, когда ее силой заставляют что-то делать. Лошадь отказывается учиться из-за поведения всадника, причем вовсе не обязательно физического. Когда всадник использует для коммуникации с лошадью неадекватные, обижающие ее средства, лошадь отключается и говорит «нет». Поэтому, если вы каждый раз пытаетесь выслать лошадь в среднюю рысь, ковыряя ее бок шпорой, она скажет вам: «Нет, я не могу предложить тебе среднюю рысь». Лошадь в этом случае ничему не учится.

Я считаю, что точно так же отключаются и всадники. Как тренер я всегда боюсь, что наше получасовое занятие кого-то «выключит». Отключиться всадник может по-разному: полностью, притворно или в замешательстве. Как во всаднике, так и в лошади это состояние хорошо заметно со стороны. Через мои руки прошло много всадников, чьи лошади были абсолютно глухи к их воздействию.

 “Есть одно модное выражение, которое я ненавижу – то, что лошадь должна быть «перед шенкелем» или находится «за шенкелем». Это чушь! Почему? Да потому, что лошадь не может быть «перед шенкелем». На самом деле лошадь просто убегает от средств управления

“Лошадь не может быть перед или за шенкелем! Лошадь либо отвечает на средства управления, либо нет! Ответ лошади на средства управления подразумевает, что энергия лошади подчинена воле всадника, управляема, а, следовательно, выученные ответы заменяют инстинктивные. Лошадь «слушает» всадника.

Бегство – естественный механизм спасения лошади. Отсутствие прямолинейности и скорость — способы избежать средств управления. Лошадь закрепощается и несется, перебирая ногами, как насекомое, а всадник доволен: «Моя лошадь перед шенкелем!». Нет! Эта лошадь не слушается всадника, она не в поводу, качество ее аллюров оставляет желать лучшего. Она убегает от средств управления, а не принимает их. Очень часто можно видеть, когда на принимании лошадь просто бежит вбок – она чувствует, что внешний шенкель просит ее уступить, но вместо того, чтобы уступать красивыми сбалансированными шагами, она несется, сломя голову, — Гегель бы в этом случае сказал, что всадник добился неверного синтеза!

Выстроенная лошадью стена «приобретенной беспомощности», при которой отсутствуют эмоциональные и интеллектуальные усилия, не может сосуществовать с гимнастированием. Я занимался с тысячами разных людей, но лишь трое из них находились в состоянии глубокой приобретенной беспомощности, и все трое были медиками по образованию.

“Насколько умным должен быть хороший всадник? Я задал этот вопрос в нашей школе и мне ответили: «чем умнее, тем лучше». Не верно. Эти трое в состоянии приобретенной беспомощности были врачами, уровень их интеллекта не вызывает сомнений. Вне рабочей обстановки, за дружеской пиццей они остаются столь же умными! Лошадь тоже может стать такой… как правило, из-за чрезмерного применения средств управления”

Под чрезмерным применением средств управления я понимаю слишком много ноги, седалища, движений в седле. Лошадь «замораживается», потому что чрезмерные средства управления нарушают ее равновесие. Угадайте, что помогает лошади выживать в природе? Равновесие! Если лошадь споткнется и упадет, то станет чьим-то завтраком, поэтому лошади очень дорожат своим балансом.

По линии верха лошадь передает энергию задних конечностей вперед. Ее можно сравнить с луком для стрельбы, тетива которого крепится одним концом к скакательным суставам, а другим – к уздечке. Когда мы просим двинуть лошадь вперед, это вовсе не означает «нестись, сломя голову», то есть избегать работы в поводу.

“Нестись сломя голову для лошади вредно. Это убивает аллюры и способность к подвисанию, а также оказывает разрушительное воздействие на суставы и связки. Те, кто работает своих лошадей таким образом, — монстры. Настоящие конники так не работают.”

Так что же мы подразумеваем под «ездой вперед»? Энергия задних конечностей передается по позвоночнику на железо во рту. В зависимости от степени натяжения тетивы (воздействия средств правления) лук выгибается — спина поднимается и опускается.

Если проанализировать то, как лошадь использует свое тело, то можно выделить три рычага: первый – от уздечки к холке включает в себя шею, наиболее гибкую и управляемую часть позвоночника, второй – от холки до хвоста, и третий – согнутые задние конечности и опущенный круп, когда таз подводится под себя, и лошадь балансирует на заду. Из этих трех рычагов самым простым является первый, второй сложнее, а самый сложный и требующий времени – третий.

Каждый может согнуть шею, причем ее очень легко согнуть слишком сильно, и тогда начнется кошмар. А как быть со вторым рычагом? Мало кто этому учит! Как поднять спину лошади? Ответ: ЗАМЕДЛИТЬ ее. Лошадь не должна быть «перед шенкелем»! Это безграмотность!

“Чтобы лошадь округлила поясницу, она должна замедлиться, не теряя аллюра. В ходе обучения всадника его должны научить чувствовать грань между аллюрами.”

Нужно уметь добиваться от лошади крайне медленной рыси без перехода на шаг. Это должна быть очень медленная рысь. Вы должны контролировать ее, чтобы лошадь не несла вас вперед за счет кинетической энергии. Она не должна убегать от средств управления. Поскольку лошадь не захочет упасть, то обнаружит, что ее суставы гнутся! Ни с того, ни с сего ее спина обретет гибкость и поднимется, и вы почувствуете амплитуду ее движения вверх-вниз.

Как долго следует просить лошадь притормаживать? На этот вопрос вам ответит лошадь, а не я. Я не знаю, как вы ездите. Я не знаю, насколько энергична, здорова и опытна ваша лошадь. Но вы должны научить ее двигаться медленно. Вы должны объяснить ей, что рысь – это не падение с самолета без парашюта. Рысь контролируема, на ней сидят, при ней холка поднимается, а спина — работает вверх-вниз.

Наконец, и это то, с чего нужно начинать, всадник должен быть частью лошади, потому что ее спина не расслабится, пока он по ней бьет на каждый темп. Спина лошади должна быть полностью расслаблена. Она должна работать.

Источник: © Out and About Dressage Ltd, 31 March 2017

Перевод: Давыдова К. для Strada Saddles Russia

Share

СГИБАНИЯ И РАБОТА В ОДИН СЛЕД. Густав Штейнбрехт.

Автор: Густав Штейнбрехт «Das Gymnasium des Pferdes», 1886

перев. с нем. Юлии Гоблиненок

СГИБАНИЯ В ОДИН СЛЕД

Любая траектория, по которой идет лошадь, это результат положения ее тела. Не согнутая лошадь следует по прямой линии, согнутая лошадь по кривой линии, соответствующей ее сгибанию. Покуда они ставят свои ноги прямо перед собой и не меняют направление своего тела, они будут оставаться на этих траекториях, просто из геометрических соображений. Таким образом, как и прямая лошадь, согнутая лошадь в действительности не выполняет поворот, хотя визуально это будет именно так; они обе просто следуют естественному направлению своего тела. Не согнутая лошадь не может идти по кругу. Ее можно заставить смещаться по кривой линии исключительно по коротким прямым, каждая из которых будет под углом к предыдущей. Согнутая лошадь способна идти прямо только в случае, если она будет смещать свои ноги вбок, а не прямо перед собой.

Передняя часть лошади задает направление движения, но движущая сила для его поддержания идет от задних ног. Поэтому чем теснее взаимодействие между задней и передней частью лошади, тем успешнее лошадь будет нести себя в целом. Любое отклонение передней или задней части лошади от заданного движения скажется на всей лошади целиком. К примеру, при повороте направо, передняя часть лошади сворачивает вправо относительно предыдущего направления движения, а задняя влево. В зависимости от смещения центра тяжести в этот момент, лошадь либо попытается найти поддержку в передних ногах, либо в задних, перенося туда больше веса, и делая эту часть соответственно менее мобильной. Менее мобильная как следствие будет меньше поворачивать.

Таким образом изменением положения центра тяжести во время поворота, мы можем получить три вида разных поворотов – поворот на переду, поворот на заду и поворот в естественном балансе.

При повороте на переду центр тяжести смещен вперед, передние ноги создают опору, вокруг которой задние ноги, несущие меньшую нагрузку, и следовательно более мобильные, будут поворачивать как вокруг оси. При повороте в балансе центр тяжести находится примерно в середине, так что передние ноги поддерживаются задними в достаточной степени, чтобы сделать поворот, не изменяя аллюра. Расположение центра тяжести в этом случае является осью поворота и задние ноги должны обеспечивать равновесие этого поворота, следуя в точности по следам передних ног.

При повороте на заду центр тяжести лежит ближе к задним ногам, задние ноги загружается больше, чем передние, и поэтому ось поворота будет проходить через них, а менее загруженные передние ноги легко будут перемещаться вокруг этой оси.

Первый вид поворотов можно назвать «естественным». Не потому, что лошадь будет так поворачивать на свободе, но скорее потому, что это единственный способ, как она вообще может повернуть, следуя естественному положению тела.

Предоставленная самой себе лошадь чаще всего, по причине природной ленивости, будет поворачивать больше вокруг переда, чем вокруг зада, что совершенно нормально, если лошадь двигается неторопливо и не несет на себе вес всадника. Однако если посмотреть на лошадей, играющих в левадах друг с другом, когда они преследуют один другого в ограниченном пространстве, где они вынуждены поворачивать много и быстро, то можно удивиться тому, насколько они хорошо умеют задействовать свои задние ноги в качестве опоры для поворотов, поворачиваясь вокруг них как стрелка в компасе, и насколько быстро они при этом меняют направление движения не снижая скорости. При этом инстинктивно они выполняют все это с правильным сгибанием и округлением спины, поскольку их природное чувство самосохранения диктует им наиболее безопасные способы передвижения.

Однако все меняется в случае если мы имеем «зеленую» лошадь, или точнее лошадь, которая умеет бежать только «на плечах», если на этой лошади оказывается дополнительный вес всадника. Лишний вес добавляется именно к плечам, при этом сам всадник вмешивается в движение, усложняя задачу, влияя на естественный ход вещей. При отсутствии еще достаточной гибкости и умения собираться, лошадь всегда попытается использовать свою наиболее тяжелую переднюю часть, как опору для поворотов. По этой причине такая лошадь всегда будет казаться неуклюжей и нерасторопной, если ее двигать в ограниченном пространстве. В то время как для опытной лошади это не составляет никакой проблемы, так как ее баланс и гибкость позволяют ей быстро менять направление с прямой на вольт, проходить углы точно и уверенно, всегда в одном темпе, или быстро перемещать свои передние ноги относительно задних, что не требует большого пространства. Неопытная лошадь не сможет даже свернуть со своей прямой без нарушения ритма и скорости аллюра, часто повисая на руках всадника в поисках опоры. Всаднику в результате приходится руками переставлять переднюю часть лошади в нужном направлении, в то время как опытная лошадь может это делать, разгружая передние ноги.

По этой причине приверженцы «натуральной езды» часто не любят ездить в небольшом манеже и предпочитают отказаться от этого полностью, чем бесплодно бороться с лошадью в маленьком пространстве.

В отличие от поворотов на переду, которые лошадь по сути проходит в своем естественном балансе, все выездковые повороты, как бы они ни назывались, попадают в две другие группы. То есть либо это повороты, в которых задние ноги строго следуют за передними в один или два следа, либо задние ноги являются осью для поворота передних ног. Гибкость и независимый баланс – вот ключ к лошадиной мобильности и ловкости. Правильные повороты, которые развивают мобильность, могут быть получены только путем развития гибкости, баланса и таким образом умения нести себя. Это включает в себя не только умение лошади сгибаться равномерно по всему позвоночнику, но и умение сгибать все суставы задних ног. Именно это последнее помогает лошади выполнять быстрые и безопасные повороты под всадником, поскольку это дает возможность передним ногам менять направление движения легко, без риска для суставов, используя задние ноги как опору. Гибкость самого позвоночника — это лишь подготовка, необходимое условие для возможности задних ног хорошо сгибаться. Если бы боковая гибкость не была бы столь необходима для расслабления и развития гибкости задних ног, то мы могли бы уделять этому гораздо меньше внимания. В доказательство тому, что это необходимо, можно взять в пример лошадей, одаренных от природы сильными и гибкими задними ногами. Эти лошади с легкостью начинают работать под седлом прямо с момента заездки, прекрасно двигаясь и поворачивая, так как у них нет той проблемы, которая является источником общего закрепощения для многих лошадей – закрепощенности задних ног.

Упражнения, включающие смену направления, всегда нужно адаптировать к возможностям лошади. Насколько лошадь уже способна своими задними ногами следовать за передними, то есть поддерживать себя сзади. Если у лошади есть природное желание двигаться вперед, то есть хорошая толчковая сила задних ног, то через некоторое время можно начинать использовать это желание, работая на больших кругах, где требовать соответствующего сгибания в боку и сгибания внутренней задней ноги. Если же лошадь особого желания бежать вперед не проявляет, то прежде всего нужно закрепить хорошее движение по прямым линиям.

Поскольку в заголовке стоит «Сгибание в один след», то повороты вокруг задних ног оставим на потом. В случае, если лошадь у нас правильно сгибается на кругах, то это значит, что она уже может работать по кривым линиям. Такая работа по кривым линиям в один след базируется целиком на гибкости позвоночника, и чем он гибче, тем успешнее будет эта работа. Прямая как палка необученная лошадь довольно быстро научится идти в своем естественном балансе по прямым линиям, таким образом обучаясь контакту с руками всадника. Если теперь попытаться повернуть такую лошадь с прямой линии, придется сделать это руками, то есть силовым воздействием повода, но при этом задние ноги не будут следовать за передними как нужно. Наоборот, они вывалятся наружу или останутся там, где были, то есть лошадь станет искривленной. При этом разумеется ритм и контакт нарушатся, лошадь начнет тормозить или наоборот убегать, пока наконец она не повернет, и после этого сможет восстановить исходный аллюр и контакт на новом направлении.

Первая сложность, которая возникает при работе в манеже, это четыре угла. Лошадь, которая еще не умеет сгибаться, следуя прямому направлению, упрется в угол и не сможет из него выйти, поскольку у нее недостает гибкости для этого. Всадник должен поэтому вначале специально срезать углы, смещая свой вес и воздействуя поводом так, чтобы указать лошади новое направление движения. Повод при этом должен быть достаточно набран, чтобы касаться шеи, так чтобы лошадь, которая еще не имеет устойчивого баланса, могла бы всегда чувствовать их. Поскольку воздействие поводом заставит лошадь замедлиться, всадник должен быть заранее готов воспользоваться внутренним шенкелем, чтобы выслать лошадь вперед, сохранив импульс. Заранее и во время поворота, но не после. Внутренний повод при этом указывает на поворот, действия слегка в сторону поворота, а внешний повод действуя также внутрь, фактически противодействует внутреннему, обеспечивая устойчивость в повороте, не давая лошади вламываться в поворот. Если всадник также дополняет эти действия тем, что смещает свой вес на внутреннее стремя и легко поворачивает корпус так, чтобы внешнее плечо было чуть впереди, то лошадь послушается этого тройного сигнала и повернет, пусть без особого сгибания, но не теряя ритм и не замедляясь. Вначале возможно лошадь будет пытаться слишком сильно вкладываться в повод, в поисках той поддержки, которую в идеале должны обеспечивать ее задние ноги, если бы они следовали правильно за передними. Возможно также лошадь будет поначалу пытаться изменить аллюр или ускориться в ответ на дополнительный посыл, но если при этом сохраняется импульс и контакт, то остальное не столь важно.

В начале обучения все это выполняется только на рыси, без галопа, в умеренном, но активном темпе, без всяких попыток искусственно поставить лошади голову. Аллюр должен быть естественным, активным, без всяких сборов. Чтобы дать лошади отдых, рысь должна часто чередоваться с шагом. Галоп может быть, если лошадь сама его предлагает. Не стоит искусственно добиваться от лошади галопа с помощью посадки или средств управления, но и силой тормозить лошадь, если она предлагает галоп, тоже не нужно. Всаднику лучше подождать, пока лошадь сама перейдет в рысь, оставаясь в спокойной посадке.

Печально, но многое из описанного очень часто не соблюдается. Вместо естественного хода обучения очень часто мы видимо неправильное, высокое положение шеи или шею пересогнутую слишком сильно. В обоих случаях импульс теряется раньше, чем он был правильно выработан и лошадь фактически лишается ее естественного баланса и возможности его развивать. Ничего удивительного, что с таким подходом, лошади порой пытаются снять всадника об стену или свалиться внутрь манежа или полностью встают и не двигаются без силового принуждения. Все это разрушает желание молодой лошади взаимодействовать, если не навсегда, то на долгое время, так как ее первое впечатление о тренинге и о людях будет самым устойчивым.

Устойчивый, правильный контакт, то есть равномерное натяжение поводьев, проще и легче всего получить, если работать в естественной рамке и балансе. Естественный баланс не означает, что нужно позволить лошади бежать в каждый момент времени как ей вздумается, это лишь значит, что если лошадь от природы двигается в переднем равновесии, нужно позволить ей двигаться именно так. Первым делом очень важно научить лошадь двигаться по стенке. Молодая лошадь будет пытаться, двигаясь вдоль стены, бежать так, чтобы ее внешняя передняя и внешняя задняя нога находились на одном расстоянии от стены. Это заставляет ее бежать в искривленном положении, поскольку круп лошади шире, чем грудь. Чтобы исправить это, нужно пытаться вести внешнее плечо лошади немного дальше от стены, чем внешнее бедро, так чтобы внутренняя задняя нога ступала прямо под центр тяжести, а не в сторону от него. Действия всадника должны быть при этом такими же, как для прохождения угла, но менее выраженными и более частыми. Внешний повод должен действовать внутрь, закрывая внешнее плечо, внутренний повод чуть набран в направлении назад-внутрь. Внутренний шенкель препятствует тому, чтобы круп лошади валился внутрь манежа. Таким образом основные средства воздействия в данном случае – внешний повод и внутренний шенкель.

Если пытаться сделать все наоборот – согнуть лошадь с помощью внутреннего повода и спихнуть ее внутрь внешним шенкелем, лишь усугубит ситуацию, еще более сместив внутреннюю заднюю ногу от центра тяжести.

Если мы еще немного усилим воздействие на внешнее плечо, сильнее отведя его от стены, так чтобы внутреннее плечо оказалось напротив внутреннего бедра лошади, это потребует от лошади в небольшой степени сгибание в позвоночнике, поскольку иначе круп начнет выпадать наружу. Такое положение лошади является основой для всех упражнений на сгибание в один и два следа и первый шаг к работе в положении «прямолинейного сгибания» – «flexed straight». Для ясности будем называть это положение «плечом-вперед» – «shoulder-fore».

Это упражнение учит лошадь понимать действие внешнего повода. Если лошадь это усвоила, и всадник способен таким образом провести лошадь прямо вдоль стены с помощью этого воздействия, то он может начать использовать внутренний повод, чтобы получить сгибание. Это достигается тем, что внутренняя рука отзывает и отдает повод до тех пор, пока нужное сгибание не будет получено. Однако это сгибание является правильным и несет пользу только в том случае, если лошадь делает его сама, а не удерживается в нем с помощью постоянного усилия внутреннего повода. Поэтому важно не давать лошадь висеть на внутреннем поводе или бороться с ним, с помощью попеременного набора и отдачи этого повода в сочетании с контролем внешним поводом, с тем чтобы лошадь постепенно научилась сама сохранять это положение. Это достигается только с помощью своевременной отдачи повода, когда мы забираем временно у лошади ее поддержку, но не с помощью дерганья за повод, с помощью чего можно лишь сделать лошадь нечувствительной к поводу вообще. Все это должно происходить в тесной связи с действием внутреннего шенкеля, который поддерживает сгибание корпуса лошади, что достигается четкими и своевременными прикосновениями шпорой, которые дают молодой лошади представление о том, что есть такие средства управления. Когда это делается в процессе активного движения, лошади требуется все ее четыре ноги для поддержки, поэтому она не может потратить лишние ноги на сопротивление всаднику. Кроме того, ее внимание сосредоточено на действии повода, и она не сможет слишком близко к сердцу воспринимать незнакомое ей действие шпоры. Поэтому очень скоро она привыкнет к нему и начнет слушать его. Необходимое воздействие шпорой определяется тем, насколько лошадь слушается внутреннего повода. Если лошадь увеличивает контакт с поводом и сопротивляется, внутренняя нога или шпора должна поддержать воздействие рукой, так как эти две вещи неразделимы в этой работе. Их правильное взаимодействие – залог успеха.

Правильный момент для действия шенкелем или шпорой – когда лошадь делает шаг внутренней задней ногой, то есть когда нога в воздухе, так как лошадь в этот момент не может опереться на нее и зажаться. Определить правильный момент не так уж сложно, если сидеть в естественном балансе. Тело всадника раскачивается в соответствии с движением лошади и его ноги участвуют в ритмичном процессе сами собой, если только всадник не зажмет специально все мышцы. Живот лошади раскачивается в соответствии с движениями задних ног, заставляя ноги всадника совершать такие же движения, как маятник, сообщая всаднику о том, когда задняя нога отрывается от земли. Очень часто тренера тратят столько усилий, чтобы полностью заглушить эти естественные сигналы у всадника, заставив его сидеть напряженно и неподвижно.

Принцип обучения всадника посадке «проглотил аршин» чтобы обеспечить ему уверенную и спокойную посадку в седле приводит к тому, что многие всадники вообще не имеют чувства такта аллюров. Опытный всадник становится одним целым с лошадью поскольку он достаточно чувствителен, чтобы просчитать движения лошади ЗАРАНЕЕ и правильно подготовить каждый маневр с помощью своих действий. Ненормально замороженная посадка, однако всегда будет выглядеть ненатурально и для лошади будет некомфортна, что не даст возможности двигаться свободно и с импульсом

Работа в один след

Понятно, почему многие инструктора учат всадников красиво сидеть на лошади, не могут научить правильно и точно корректировать при этом лошадь. Они разумеется обязаны научить стабильно сидеть в седле, в правильной посадке, не по-колхозному. Но этого мало, поскольку часто это приводит к тому, что всадник в итоге зажимается в этой позе, в то время как правильная посадка предполагает наоборот исключительную подвижность суставов, чтобы они могли реагировать на ритм движения лошади и давать ей сигналы именно тогда, когда нужно.

Бесполезно пытаться вычислять правильный момент для воздействия рукой или ногой, все это будет в ущерб хорошей езде. Правильный момент должен быть просто результатом движения расслабленного тела всадника. Но тем не менее, визуальное наблюдение говорит о том, что правильный момент воздействия рукой и ногой всегда происходит одновременно с одной стороны и как бы сопровождает движение плеча с той же стороны. Иначе говоря, воздействие поводом и ногой идет в противофазе с движением вперед соответствующей задней ноги. Нога всадника при этом усиливает движение задней ноги вперед, а действие поводом переносит на нее вес.

В начальной фазе обучения рука действует чуть раньше ноги. Впоследствии, когда мы переходим к сгибаниям и переносу веса на зад, нога действует раньше руки, а именно, в тот момент, когда задняя нога лошади в воздухе, чтобы подвести ее больше под центр тяжести, а затем рука, когда задняя нога уже на земле, чтобы перенести вес на нее. (Hans von Heydebreck)

Сила воздействия, продолжительность и качество зависят от целей, хочет ли всадник согнуть лошадь, перебалансировать или добавить активности.
Не согнутая лошадь изначально будет пытаться повернуть внутрь при попытке ее согнуть, так как это естественный эффект внутреннего, сгибающего повода и ноги. Лошадь поймет, что от нее требуется, только если всадник будет использовать соответствующие противоположные средства воздействия, тогда для нее будет ясно, что избежать дискомфорта от этого можно только согнув тело. Путем уступок поводу и ноге лошадь постепенно учится гибкости. Эту гибкость всадник может применять и при движении по кривым линиям, при прохождении углов, затем больших вольтов и постепенно улучшая полученный эффект на маленьких вольтах.

Очень важно понимать, что сгибание в боку, необходимое для правильной езды по кривым линиям в один след, необходимо подтвердить сначала при езде плечом-вперед по прямым вдоль стены. Если пропустить эту важную часть подготовки и пытаться начать сгибать лошадь прямо с езды по дугам, то это приведет к большим трудностям в связи с отсутствием поддержки стены и возможности для лошади избежать сгибания, откидывая круп наружу. На практике гораздо лучше ездить по кривым линиям лишь для укрепления умений и проверки гибкости, но реальную работу и обучение сгибанию проводить на прямых вдоль стены. (Paul Plinzner)

Как следствие бокового сгибания в позвоночнике, передняя часть лошади направляется внутрь, а внутренняя задняя нога подводится больше вперед, таким образом внутренняя задняя и передняя нога становятся ближе друг к другу. Мышцы-разгибатели на внутренней стороне таким образом расслаблены в такой же степени, как внешние мышцы напряжены, а внутренние ноги загружены больше внешних потому, что тело лошади наклоняется внутрь вместе с ее центром тяжести. Только в этом случае лошадь способна сохранять ритм движения по кривой линии, на которой внутренние ноги идут по меньшему радиусу, чем внешние. Так как больший вес перенесенный внутрь ограничивает активность внутренних ног, это уменьшает их амплитуду движения и таким образом устраняет дисбаланс между этими разными радиусами.

Также как правильно выпрямленная лошадь идет в точности по прямой линии всеми своими ногами, так и правильно согнутая лошадь повторяет следами форму круга, диаметр которого обусловлен степенью ее сгибания. Всадник должен уметь проехать идеальный круг с закрытыми глазами, если он способен чувствовать степень сгибания своей лошади. Сгибание может считаться корректным только если каждый позвонок лошади так или иначе задействован в сгибании, так что вся лошадь целиком оказывается изогнутой по форме того круга, по которому она двигается.

Также важно, чтобы движение лошади было согласовано с радиусом ее поворота, так как иначе ритм движения будет утерян, а с ним и сгибание. Внутренние ноги, если они делают слишком большие шаги, делают сгибание недостаточным, выпрямляют лошадь. Если же они наоборот они отстают, не достаточно двигаются вперед, то лошадь оказывается слишком согнутой или согнутой неправильно в каком-то месте.

Лошадь сгибается с помощью внутренних повода и ноги. Рука сгибает затылок и шею, а нога сгибает позвоночник. Степень сгибания регулируется внешней рукой и ногой. Правильное взаимодействие этих двух сил наиболее важно и очень часто именно его отсутствие приводит к тому, что лошадь не сгибается правильно несмотря на все усилия.
Внешний повод призван не только контролировать степень сгибания и препятствовать пересгибанию, но также он помогает делать сгибание правильным, корректируя поднятие шеи и не позволяя внешнему плечу вываливаться наружу. Внешний повод путем полуодержек перебалансирует лошадь на зад, а при воздействии им внутрь также убирает вес с внешнего плеча. Наилучшим образом это достигается если рука всадника находится прямо перед холкой, так где начинается шея, так как в этой позиции сгибание контролируется легче всего. Если же требуется приподнять перед лошади, то внешняя рука также поднимается чуть выше, чем сгибающая, внутренняя рука.

Внутренний повод не только сгибает лошадь путем более сильных воздействий, чем просто контакт, но и корректировать его так, чтобы лошадь в итоге держала сгибание сама, когда внутренний повод находится просто в легком контакте. Это достигается путем постоянного чередования сигнала поводом и его отдачи, так чтобы лошадь не пыталась найти в нем плотный контакт и поддержку, но училась нести себя сама.

Разгибание лошади — это не просто отдача внутреннего повода, но одновременное более сильное воздействие внешним поводом, так чтобы контакт сохранялся в каждый момент во время изменения сгибания.

Также как передняя часть лошади сгибается только путем правильной координации обоих поводьев, также задняя часть и позвоночник могут быть согнуты только обеими ногами. Внешняя нога всадника несет важную функцию по удержанию крупа от выпадения наружу. Таким образом внешняя нога должна располагаться за подпругой, чтобы быть ближе к внешней задней ноге и легче ее контролировать. И она должна давать сигнал к движению так же, как и внутренняя нога, чтобы сохранить ритм и активность аллюра.

Внутренняя нога выполняет тройную задачу – сгибает лошадь, предупреждает заваливание крупа внутрь и дает основной сигнал к движению вперед, что требует подвижности и хорошего опыта и не имеет ничего общего с зажатым, неподвижным положением. Ее положение ближе вперед, сразу за подпругой, так как это лучшее место для команды к сгибанию, однако иногда нога может смещаться назад, чтобы контролировать заднюю ногу или вместе с внешней ногой, чтобы энергично направить лошадь вперед.

Также как и внутренняя рука просит сгибание коротким воздействием, но затем возвращается к обычному легкому контакту, также внутренняя нога прося сгибание акцентированным воздействием шпорой, затем должна постепенно прийти к незначительному спокойному давлению, при сохранении сгибания. Это достигается тем, что всадник ослабляет свои активные действия тем больше, чем лучше лошадь научена реагировать на них. Постепенно он переходит от сигнала шпорой к ее предупреждающему близкому положению, затем к просто напряженной голени, а отсюда постепенно к тому, что простое усиление контакта естественно расположенной внутренней ноги всадника заставляет лошадь уступить, или согнуться, в зависимости от того, что делает внешняя нога.

Всадник всегда должен сопровождать все сигналы правильным расположением себя в седле. Это расположение автоматически диктуется правильно согнутой лошадью. Я имею ввиду посадку, при которой внутреннее бедро идет чуть впереди, а внешнее чуть сзади, и при езде по кривым линиям внутренняя седалищная кость должна быть более загружена, чем внешняя. Такая посадка не только способствует правильной подаче команд, но и является подсказкой для лошади, куда смещать свой центр тяжести, чтобы следовать за смещающимся центром тяжести всадника. Если мы посмотрим на правильно сидящего всадника на правильно согнутой лошади при движении по вольту, мы увидим, что внутренняя сторона обоих ниже внешней, и внутреннее стремя кажется ниже внешнего. Больший вес на внутреннем стремени таким образом является главной целью посадки на вольту и должен являться следствием лишь правильного расположения бедер, в то время как плечи всадника должны быть расположены в соответствии с плечами лошади, так как их правильная позиция — это залог правильных команд руками.

Таким образом, когда всадник едет по вольту, внешнее плечо лошади делает больший круг, чем внутреннее, и всадник должен дать возможность внешнему плечу лошади двигаться больше вперед тем, что он перемещает свое собственное плечо также вперед, настолько, насколько это необходимо, чтобы дать лошади свободу и легкий контакт для поворота. Таким образом внутреннее плечо и бедро всадника действуют в противоположных направлениях, что мало кто из всадников способен делать, так как большинство считают более естественным и простым держать свои плечи в обычном положении. Такая посадка всадника, которую для простоты будем дальше называть «посадкой в сгибании», является правильной только если всаднику не нужно искусственным образом поддерживать ее, зажимая ноги, передвигая бедро или плечо вперед или назад, а достаточно просто пассивно следовать за движением. Иными словами, правильно двигающаяся лошадь автоматически сажает всадника правильно.

Хотя для ясности мы и разобрали каждую команду всадника в отдельности, но успех предприятия в целом всегда зависит от качества их коллективной работы и быстрой совместной реакции. Чутье всадника в данном вопросе единственный надежный советчик и до тех пор пока это чутье не развилось в достаточной мере, критерием прогресса и правильности команд будет качество движений лошади.

Источник

Share
Share
Share