Размышления о расслаблении

вести или прислушиваться?

Когда лошадь, с которой мы работаем, вдруг напрягается, ее последующее расслабление напрямую зависит от нашей реакции.

Ганноверской кобыле Джинни 6 лет. Она уже знала корду и довольно стабильно на ней работала, когда мне пришлось сделать перерыв в тренировках из-за рождения дочери. Сразу скажу, что не сожалею о том, что не успела ее заездить до этого момента, так как за время вынужденных каникул кобыла успела повзрослеть и оформиться.

Теперь, когда у меня вновь появилось время на регулярные тренировки, я столкнулась с тем, что она то и дело напрягается во время работы.

Когда Джинни расслаблена, она прекрасно работает — великолепно тянется вперед и вниз, равномерно сгибается, двигается в стабильном ритме и несет себя в балансе. Когда же она напрягается, то прогибается в спине, задирает голову и валится внутрь, теряя сгибание. Удерживать стабильный контакт становится сложно, она то и дело ускоряется и тянет к воротам.

Иногда ее напряжение провоцируют очевидные вещи — ее может отвлечь шум или табун, но бывает, что видимая причина отсутствует. Очевидно, ее напрягает просто то, что я увожу ее от друзей или что-то требую. Я никак не пойму, почему плац вызывает у Джинни такую реакцию, ведь я всегда мягка и деликатна. Когда она чего-то пугается, я всегда позволяю ей оценить серьезность угрозы. Она живет в холистических условиях — круглосуточно в табуне. Возможно, проблему спровоцировал прошлогодний отъезд Камий, когда ее разделили с лучшей подругой Карамбой. Могу предположить, что именно это эмоциональное потрясение вывело ее из равновесия, хотя она всегда была склонна к напряжению.

Мы купили Джинни и Карамбу в одном хозяйстве в возрасте  месяцев, и они все время были вместе.

Джинни по своей природе очень впечатлительна. У нее есть склонность к доминированию и характер, поэтому ей не так-то просто кому-то подчиняться! Безусловно, живя в табуне, лошади привыкают руководствоваться естественными инстинктами, которые отключаются или притупляются при одиночном содержании. Когда таких лошадей изымают из табуна, им требуется время, чтобы свыкнуться с мыслью, что их на время отлучают от друзей, и успокоиться. Естественно, это сказывается на их состоянии.

Человекоориентированность или уступка силе?

Говоря о верховых лошадях, люди часто говорят о «человекоориентированности» и «таланте». Эти качества играют важную роль в оценке современных немецких лошадей, к которым относится Джинни, поэтому ее крови располагают к работе.

Однако, я считаю, что на самом деле речь идет немного о другом: современные заводчики выводят верховых лошадей, которые легко уступают давлению, так как, к моему великому сожалению, это качество сегодня крайне востребовано в спорте и особенно в выездке. От них требуется так называемое подчинение, но не полное смирение. Дело в том, что лошади, которые от рождения спокойны и «человекоориентированы», не имеют той «искры», которую в них хотят видеть спортсмены, а более доминантные лошади с волевым характером сложны в работе. Возможно именно по этой причине методы работы с лошадьми за последние 50 лет стали более силовыми.

Однажды я присутствовала при беседе, в которой обсуждалась покупка молодой лошади, и вывод был таков, что ее нужно заезжать как можно раньше, пока она еще жеребенок, ибо в противном случае она станет слишком сильной и независимой, и с ней будет сложно справляться!

На фото: пример слишком коротких развязок, ставящих лошадь в абсолютно неправильную рамку. Больше всего меня печалит то, что так работает наш детский кумир Франке Слотак.

Правильное гимнастирование невозможно без доверия и расслабления. Лошадь должна по собственной воле доверить вам свое тело, поэтому доминированию и контролю не может быть места в работе. Следуя этой логике, для меня совершенно исключено какое-либо насилие в случае Джинни.

Я просто набираюсь терпения и жду, пока она расслабится и примет плац как безопасное место. Если начать заезжать ее, когда она расслабится и доверится, проблем не возникнет.

преимущества Системы

Я не разделяю расхожего в выездке мнения, что лошадь должна работать каждый день. Я являюсь сторонником качества, а не количества. Я понимаю, что когда лошадь работает постурально, то есть напрягает мышцы кольца, каждый день, равно как и подолгу, ей работать не нужно. Однако, в случае Джинни я подумала, что регулярные, но короткие тренировки, помогут ей свыкнуться с плацем, превратив его в нечто обычное. Поэтому, когда закончилось лето и студенты разъехались, я начала работать ее каждый день — 5 дней в неделю. Очень скоро она начала больше мне доверять и быстрее приходить в себя, если вдруг напрягалась.

Регулярная работа позволила мне проанализировать собственное поведение и реакцию на него Джинни. Этими наблюдениями я и хочу с вами поделиться.

Мы не раз обсуждали вопрос, когда стоит прислушиваться к лошади, а когда нужно брать бразды правления в свои руки. Этот вопрос напрямую связан с темой форсирования в тренинге. Раньше я бы сказала, что, если лошадь напрягается и переключает внимание на что-то иное, нужно дать ей время оценить происходящее и продолжить работу только тогда, когда она придет в себя и вновь сконцентрируется на ваших требованиях. Именно так я и работала с Джинни — она много отвлекалась, а я подолгу ждала, пока она оценит источник опасности и переключится обратно на меня.

В начале тренировки я всегда «слушаю»: медленно провожу ее по плацу, позволяю все осмотреть. Она расслабляется, но это не мешает ей напрягаться на корде. Не так давно я заметила, что, если не обращать на это внимания и продолжать концентрироваться на ее движении, а также настраиваться на нее энергетически, представляя, что мы является одним целым, она быстро приходит в себя и расслабляется.

На фото: Здесь она напряглась и прогнулась, потеряла сгибание и контакт, перестала работать задом.

На фото ниже: через полкруга. Я продолжила концентрировать внимание на ее балансе, прямолинейности и качестве движений, и мы быстро восстановили «связь».

Чем больше я так работаю, тем больше понимаю, что при работе на корде ей важно, чтобы я брала на себя роль лидера, направляя ее и контролируя. Если я «отключаюсь» от нее в тот момент, когда она напрягается, она воспринимает это как если бы я ее бросила. Возможно, лошадям, выведенным для того, чтобы молча терпеть насилие в виде шпор, строго железа, шпрунтов и прочего, просто необходим сильный лидер. Однако правильное гимнастирование не требует применения силы, и мы можем руководить процессом посредством легкого контакта и своевременных подсказок хлыстом.
Настоящим волшебством является энергетическая связь с лошадью, которая лежит в основе нашего подхода. Она позволяет чувствовать и управлять балансом в движении.

ТРевога и Опасения

Как было сказано выше, в основе нашего подхода к работе с лошадьми лежит энергетическая связь с ними. В случае с Джинни я долго думала, почему периодически теряю эту связь и, как следствие, концентрацию. Я поняла, что всему виной мои ожидания. Джинни — первая по-настоящему выездковая лошадь, которая попала ко мне в руки неиспорченной — незаезженной, без «прошлого», без проблем с психикой и здоровьем. Соответственно, мне искренне хочется все делать правильно.

Это стремление влечет за собой тревогу — опасения о возможных ошибках. Опасение — чувство на основе страха, а страх редко ведет в правильном направлении. Для сравнения — Весталь. Еще одна молодая кобыла, очень похожая по темпераменту на Джинни. Это старая фотография. Сейчас она значительно обмускулилась и похорошела.

Весталь несколько лет назад.

До того, как она попала ко мне, ее работали с применением силы, без доверия. В ходе реабилитации мне пришлось очень много слушать. В моменты напряжения я прекращала все свои требования и давала ей возможность свыкнуться с происходящим вокруг. Это помогало ей расслабляться, и со временем она начала мне доверять и перестала всего шарахаться. Это при том, что, как и Джинни, она доминантная кобыла с сильным характером, нуждающаяся в самоуверенном, положительном лидере. Размышляя о том, что Джинни необходим сильный лидер, я неожиданно осознала, что с Весталь, когда та вдруг напрягается, я исполняю именно эту роль. За исключением тех случаев, когда происходит что-то реально необычное, с чем лошадь еще не сталкивалась, я не обращаю внимания на происходящее и концентрируюсь на работе. Моя уверенность позволяет ей расслабляться.

Правда о границах

Все это имеет отношение к теме границ допустимого, о которых мы часто говорим в рамках нашего подхода.

Лошади с прошлым, которые не доверяют людям имеют очень нестабильные границы. В компании человека им не комфортно, поэтому стандартные взаимоотношения не для них. Таким лошадям нужно больше личного пространства и времени, чтобы восстановить нарушенные границы, и нам следует относиться к этому с пониманием. В противном случае возможен как минимум откат назад.

Имея такой богатый опыт с проблемными лошадьми, я невольно перенесла те же правила игры и на Джинни, хотя ее границы не были нарушены, а сильный характер доминантной кобылы поспособствовал их укреплению. Интерактивная связь с лошадью, на которой зиждется гимнастическая работа, требует от нас уважения к этим границам. Нужно все время себя контролировать, чтобы не поддаться самоуверенности и не начать применять силу, и не позволить тревоге заглушить интуицию.

Еще один пример того, как можно концентрироваться на работе, когда лошадь отвлекается… и как это помогает лошади расслабляться.

Очень важно понимать разницу между работой «на грани» и нарушением границ, что происходит, когда в процессе тренинга применяется сила. Основное различие заключается в отношении к ситуации. Спокойствие, терпение, концентрация и способность принимать лошадь и ситуацию такой, какая она есть. Если в момент напряжения лошади мы дадим волю своему нетерпению и эго, начнем расстраиваться или злиться, то нарушим границы лошади и подорвем ее доверие. Работа «на грани» подразумевает глубокое внимание к лошади на физическом, энергетическом и биомеханическом уровнях. Это сродни концентрации на своем теле (например, на дыхании) в процессе медитации с целью прочувствовать настоящее, а не витать в мыслях.

Интуиция выше правил

Джинни еще раз доказала мне, что отношения с лошадью не возможно строить по правилам… какими бы мудрыми они ни были. В конном мире не бывает черного и белого. Чтобы выбрать правильную тактику, необходимо прислушиваться к интуиции, а не руководствоваться «умными мыслями». Нельзя бояться допустить ошибку. С лошадьми все всегда индивидуально, и невозможно сказать, что на напряжение следует реагировать так-то и так-то. Каждая лошадь уникальна, а каждый момент времени динамичен.

Вот выводы, которые я сделала на основании своего прошлого опыта к настоящему моменту:

Если лошадь испытывает стресс из-за того, что чувствует себя в опасности  иными словами, если она чего-то боится, — важно с уважением отнестись к ее потребности оценить опасность. Если же напряжение связано с обычной впечатлительностью или тем фактом, что лошадь забрали из безопасного окружения (табуна), снять напряжение вам поможет концентрация на поставленной гимнастической задаче. В этом случае, если мы уступим лошади и прекратим работу, она может продолжать реагировать как жертва до тех пор, пока не почувствует себя в безопасности (в табуне или в тех условиях, которые ассоциируются у нее с безопасностью ). Если же вы сможете на время работы заменить собой табун, то есть будете ассоциироваться у нее с безопасностью и удовольствием, то сможете помочь ей преодолеть инстинктивную реакцию жертвы и почувствовать, как прекрасен настоящий момент. Вы сможете одновременно прислушиваться к лошади и вести ее.

Габриэль Даро

 

No Comments

Post a Comment

пятнадцать − 9 =