Маноло Мендес о базовой подготовке и прямолинейности — Часть 1

Маноло Мендес был первым шеф-берейтором и одним из шести членов-основателей Королевской андалузской школы верховой езды в Испанском Хересе. Эта школа — одна из четырех классических школ наравне с Кадр Нуар в Сомюре, Испанской школой верховой езды в Вене и Португальской школой верховой езды в Лиссабоне. Имея за плечами более 40 лет опыта классической выездки, Дома Вакера и конкура, Маноло посвятил себя методу мягкой, гуманной и основательной физической и моральной подготовки лошадей до уровня Большого приза и Высшей школы.

Чем лучше лошадь понимает свою работу, и чем больше она уверена в своей способности сделать то, что от нее требуется, тем экспрессивнее и элегантнее она становится. Лошадь должна понимать каждую команду, каждое упражнение, которое ее просят выполнить.

Всадник несет ответственность за то, чтобы лошадь была правильно подготовлена к новым требованиям и упражнениям. Это подразумевает не только физическую форму, силу, гибкость и равновесие, которые необходимы для выполнения упражнения, но и психологическое спокойствием, уравновешенность и уверенность в себе. Вместо того, чтобы требовать от лошади в соответствии с ее возрастом, породой, происхождением или целями и амбициями всадника, всадник должен работать лошадь без спешки и усложнений.

Какая каждодневная работа будет наиболее эффективной для вашей лошади? Как выглядят ее мышцы, какие они на ощупь до и после работы? Как ее анатомические особенности влияют на качество работы – упрощают задачу или усложняют? Сколько времени требуется на разминку? Какие у лошади любимые упражнения, а какие она находит сложными? Насколько лошадь уверена в себе? Дерзкая она или застенчивая? Доверяет или насторожена? Что ей дается сложнее для понимания?

Корректировка программы тренинга лошади в зависимости от ее предпочтений может повысить эффективность работы по сравнению работой по одной и той же программе со всеми лошадьми.

Именно всадник обязан подстраиваться под лошадь, а не наоборот. Какой учитель лучше: тот, который меняет программу в зависимости от способностей своих учеников, или тот, который строго придерживается плана и требует от учеников успевать вне зависимости от их индивидуальных особенностей восприятия?

Только зная свою лошадь и подстраивая под нее программу работы, всадник может создать поистине партнерские отношения с ней.

Естественный шаг – залог хорошего качества аллюров

Не жалейте времени на шаг. Он должен быть расслабленным и грациозным. Нельзя слишком много нарабатывать что-то или слишком активно двигать лошадь. У каждой лошади свой ритм. Определите ритм своей лошади и работайте соответственно. Ваш таз должен быть расслаблен, чтобы седалищные кости и бедра двигались независимо друг от друга, сопровождая движения лошади. Плечи, локти и руки должны быть мягкими, чтобы не мешать движениям лошади.

Свободный шаг – основа хороших движений на всех аллюрах. Нужно помнить, что никогда нельзя мешать лошади кивать головой на шагу и галопе (на рыси лошади не кивают). Контакт в поводу должен быть ровным и сопровождать естественные движения головы лошади, ни коим образом их не блокируя. Когда лошади станет удобно, и она расслабится, я начинаю выполнять остановки, оглаживая и продолжая движение.

Хорошие рысь и галоп вырастают из хорошего шага. Можно постепенно обучить лошадь внимательно слушать язык тела всадника и различать свободный, прибавленный, средний и собранный шаг. Лошадь научится замедляться и собираться в ответ на замирание всадника и наоборот. Это позволит перестать тянуть руками.

Учебная рысь заставляет лошадь прогибаться

В возрасте трех или четырех лет, скелет лошади еще не сформирован. Молодая лошадь от природы больше на переду, а ее мышцы недостаточно крепки. Лошадь должна уметь сгибаться. Ее позвоночник должен быть гибким по всей длине. Это же относится ко всем остальным суставам. Многие работают молодых лошадей на учебной рыси, считая, что так они выглядят лучшими всадниками. Но учебная рысь до того, как лошадь правильно сформируется в мышечном плане, зажимает лошади позвонки и закрепощает таз. Со временем от слишком активной «работы конечностей» у лошади начинают болеть коленные и скакательные суставы. Лошадь устает, у нее начинает болеть спина, грудная клетка, холка. Это делает неприятной седловку и подтягивание подпруги. В результате лошадь из «работающей телом» (body mover) быстро превращается в «работающую ногами» (leg mover).

Этой цепной реакцией нельзя пренебрегать. Учебную рысь можно вводить только тогда, когда лошадь обретет свое естественное равновесие, ритм и координацию под всадником.

То же касается и галопа. Лошади любого уровня подготовки будет полезен облегченный галоп или галоп с упором на две точки.

Хороший всадник ориентируется на то, что чувствует под собой и как может снять напряжение лошади и улучшить прямолинейность

Нужно экспериментировать с ощущениями и координацией, анализировать ответы лошади и ориентироваться на них, а не работать по жесткой теоретической программе.

Для работы важно правильное дыхание. Всадники редко обращают внимание на дыхание – свое или лошади.

Всадник должен научиться глубоко дышать и «мягко». Кроме того, нужно прислушиваться к лошади и чувствовать ее дыхание. Молодые лошади зачастую дышат слишком часто, потому что ожидание заставляет их напрягаться, и потому что они еще недостаточно хорошо развиты физически. Молодой лошади очень важно часто давать передохнуть, отдышаться. Правильное дыхание способствует атлетическому развитию и концентрации внимания, потому что помогает доставлять кислород в мышечные ткани и мозг. Все спортсмены работают над дыханием. Ваша лошадь – тоже атлет. Нельзя допускать, чтобы лошадь дышала недостаточно глубоко или задерживала дыхание.

Всадник, обладающий должным уровнем чувствительности, чувствует между своими ногами грудную клетку лошади, которая расширяется и сжимается на каждом вдохе. Из-за этого мы не затягиваем слишком сильно подпругу, подбородный ремень и капсюль. Мы должны делать все, чтобы лошади было комфортно. Тугая амуниция создает напряжение в лошади.

Следя за тем, чтобы молодая лошадь оставалась мягкой, сопровождая ее естественные движения и не навязывая неестественные, не закрепощая и не сдерживая ее движения, мы помогаем лошади научиться правильно дышать.

Раннее обучение мягким переходам

Очень важно уже на начальных этапах работы думать о переходах. На молодой лошади переходы следует выполнять только по прямым, когда лошадь не торопится и не убегает от шенкеля. Не пробуйте делать переходы на вольтах – лошадь не поймет, как выполнить переход с сохранением сгибания, и вы получите в ответ напряжение и сопротивление.

Переходы нужно выполнять мягко, только от ноги или только от повода. Для молодой лошади шенкель обозначает движение вперед, а набор повода – тормоз. Молодую лошадь не следует путать, применяя оба средства управления одновременно. Пример из жизни: вы же ездите на машине, одновременно давя на газ и держа машину на ручнике.

Однако перед тем, как просить переходы, мы рукой просим лошадь чуть опустить голову и шею. Нужно добиться, чтобы на остановке нос был перед линией отвеса, — не на ней, и не за ней. Затем мы чуть отдаем повод и просим лошадь двинуться вперед от шенкеля.

Продолжение следует

Перевод : Давыдова Ксения

Сайт Маноло Мендеса

Источник

Уильям Миклем о Карле Хестере как одном из ведущих британских тренеров — 2

Карл Хестер на Nip Tuck, 2016. Фото: FEI/Kit Houghton.

Карла спросили о роллкюре (LDR — Low, Deep & Round) и текущих спорах относительно формы шеи и положения головы. Всем известно, что Карл не прибегает к роллкюру и глубоким сгибаниям, но в последнее время даже его критикуют за то, что он просит лошадей тянуться вниз. Он сказал, что ему не нравится термин LDR, и что самое важное – сохранять естественность и гибкость шеи, а также открытый угол между ганашом и шеей. При этом рот лошади должен демонстрировать ее комфорт.

«Каждодневную работу следует делить на три части. Интенсивное обучение должно располагаться между периодами расслабления и растяжки на разминке и заминке. На разминке и заминке лошадь нужно научить тянуться вперед и вниз без потери баланса. По мере того, как лошадь обретает навыки и крепнет физически, рамка может меняться. На тренировках следует регулярно предлагать лошади тянуться, чтобы она расслаблялась и не закрепощалась».

«Если лошадь не тянется в начале тренировки, начинайте работать над контактом и предлагайте ей потянуться, как только она будет к этому готова. В работе на брошенном поводу вне равновесия нет смысла. Валегро научился тянуться лишь в возрасте 7 лет. Когда лошадь устает, она просит потянуться. Дайте ей такую возможность. Это то, что нужно поощрять».

Все обратили внимание на то, что чаще всего Карл просил Шарлотту «отдать повод» (перев. «ослабить повод»). Он повторял это после каждого более или менее сложного упражнения. Это не только награда для лошади. Это важный показатель того, что лошадь не удерживают в рамке силой, что она не напряжена и естественно держит шею и голову. Затем это комбинируется с продвижением вперед: «Если твоя рука не перед седлом, кажется, что ты едешь назад. Когда твоя рука перед седлом, ты едешь вперед, и лошадь двигается вперед. Очень много народу ездит на слишком длинном поводе. Рука впереди позволяет двигаться вперед к железу, а не назад».

Роллкюр и гиперсгибание

Методология любого спорта эволюционирует. Поиск путей совершенствования требует перемен и открытости для всего нового, но в выездке многим это претит, особенно потому что этот вид спорта полон обязательных «классических» принципов, непререкаемых истин и крайне субъективного судейства. Но Карл говорит: “В конном деле всегда найдется тот, кто научит вас чему-то новому, поэтому избавляйтесь от предубеждений.”

Думая о благополучии и эксплуатационных качествах лошади, вашей основной целью должно стать развитие естественных аллюров и осанки лошади. Но зачастую это требует усилий и времени, поэтому не удивительно, что для достижения более скорых результатов многие прибегают к разным приспособлениям. Эти результаты, как правило, недолговечны. Они не реализуют потенциал лошади и не способствуют ее благополучию.

В 2015 на 11й Международной конференции International Society of Equitation Science (ISES) в Ванкувере был продемонстрирован обзор 55 научных публикаций о влиянии положения головы и шеи на благополучие и рабочие характеристики разных типов лошадей. Обзор был подготовлен профессором кафедры разведения и генетики университета Готтингена (Германия) Утой Кениг фон Борстел (PhD, BSc) и профессором Сиднейского университета, специалистом по поведению и благополучию животных Полом Макгриви, (BVSc, PhD, MRCVS, MACVS, Cert CABC). Авторы обзора пришли к заключению, что, несмотря на то, что гиперсгибание позволяет добиться большей экспрессии движений, «его предполагаемую гимнастическую ценность перевешивают ущерб благополучию и нежелательные гимнастические последствия». 88% исследований показывают, что гиперсгибание отрицательно сказывается на благополучии лошади, вызывая обструкцию дыхательных путей, патологические изменения в строении шеи, ограничение поля зрения, а также стресс и боль в результате протиречивых сигналов и невозможности избавиться от давления».

В ходе последующих обсуждений проблемы Британское конное общество решило вести более активную публичную работу, направленную на поддержку гуманных методов работы с лошадьми, которые практикуют, в частности, Карл Хестер и Шарлотта Дюжардин, а также прекратить использование гиперсгибания и роллкюра.

Строевая рысь бесценна

Карл так же, как и Уильям Фокс Питт и Майкл Юнг, которые занимаются выездкой в рамках троеборья, использует строевую рысь в нескольких случаях: «Строевая рысь помогает лошади найти и сохранять правильный ритм. Хорошим тестом для молодой лошади будет, если вы встанете на строевую рысь и бросите повод. При этом лошадь должна потянуться вперед и вниз. Если же она задерет голову, то тренинг необходимо скорректировать».

Строевая рысь освобождает спину лошади, поэтому я считаю ее предпочтительной для работы с молодыми лошадьми, а также на средней и прибавленной рыси с лошадьми любого возраста. Карл также рекомендует всадникам экспериментировать со строевой рысью на боковых движениях опять-таки из-за того, что она облегчает спину и позволяет лошади двигаться свободнее. «Выполнение боковых движений на строевой рыси не является грехом. Посмотрите на конкуристов – они принимают упор в колени и их лошади работают спинами. Теперь посмотрите на всадников в выездке – они сидят прямо и глубоко, и лошади под ними прогнуты». (Из конкуристов рекомендуем обратить внимание на работу Маркуса Энинга (Marcus Ehning), Педера Фредриксона (Peder Fredricson) и Бена Мехера (Ben Maher).

До этого я видел, как Карл просил всадников на шагу вставать на стременах на несколько шагов, а затем садиться обратно в седло. Цель этого упражнения – расслабиться и почувствовать, как это сказывается на спине лошади. То же самое упражнение затем выполняется на рыси и галопе. «Чередование работы сидя в седле и стоя на стременах хорошо показывает, насколько всадник мешает или не мешает лошади». Некоторых всадников Карл просит облегчаться и на пассаже. «В этом случае вы получите более высокую рысь, потому что будете подтягивать лошадь вверх корпусом. Это помогает лошади двигаться вместе с вами вверх и вперед», — объясняет Карл.

Психологическая подготовка и работа на трензеле

За время нашего визита Карлу задали два необычных вопроса: 1) о его психологической подготовке к соревнованиям и 2) о его мнении относительно разрешения выступать на международных соревнованиях на трензеле.

Карл сказал, что не нуждается в особой психологической подготовке. залогом своего спокойствия он считает детальную проработку всех моментов, поддержку команды и отношение к соревнованиям как к рутине. Однако он отметил, что Шарлотте очень помогает спортивный психолог, посещение которого заметно сказывается на ее езде. На соревнованиях Шарлотте требуется личное пространство: «В отличие от других моих учеников, которым требуется поддержка, она предпочитает забиться в полутемный прицеп. Чаще всего психологические проблемы связаны с неуверенностью. Мы стараемся обеспечить индивидуальный подход к каждому, чтобы спортсмен оставался уверенным в себе».

На второй вопрос Карл без толики сомнения ответил, что, на его взгляд, всадники должны иметь возможность выступать на трензеле на международных соревнованиях. «Я думаю, что большинство всадников разделяет эту позицию, но глубоко уважаемая мной Кира Кирклунд считает, выездка высшего уровня должна исполняться на мундштучном оголовье». К сожалению, Карл сказал, что пока выступает сам, не будет настаивать на изменении правил в этом вопросе, однако не видит причин, по которым другие тренеры высшего звена и всадники не должны пытаться повлиять на Федерацию, если так этого хотят.

Качественная работа на фоне сбалансированной жизни

Все лошади, которых мы видели в тот день, показали себя очень хорошо. Не удивительно, ведь им позволяли качественно работать, предлагая относительно легкие упражнения в порядке усложнения: например, молодой лошади позволяется сделать несколько шагов вперед перед остановкой, никто не отрабатывает среднюю рысь до того, как лошадь сможет двигаться собранной, в начале позволяется небольшое продвижение вперед на пиаффе, и каждое более или менее сложное упражнение заканчивается командой «ослабь повод» и выполнением чего-то более простого. «Ключ к эффективным тренировкам лежит в незначительном прогрессе. Такой подход обеспечивает качественную подготовку лошади в перспективе», — объясняет Карл.

К тому же, он отправляет лошадей на старты более низкого уровня, нежели их фактическая подготовка, поэтому соревнования не представляют для них сложности. Он не видит проблемы в том, что лошадь будет ожидать конкретной команды, поэтому за две недели до стартов, всадники начинают накатывать езды: «Я не хочу, чтобы требования всадника на стартах были неожиданностью для лошадей».

Вся работа, которую мы видели, соответствовала ожиданиям: естественные аллюры, естественные прибавки от зада и пиаффе, на которых лошади действительно подсаживались на зад. Работая таким образом, Карл надеется к 10 годам подготовить каждую из них к Большому призу. Он четко дал понять, что не видит смысла в плохом выполнении упражнений, но не будет наказывать лошадь за ошибку на менке: «Наказание влечет за собой напряжение и проблемы в перспективе. Правильно подвели лошадь к упражнению и выполни его снова. Мы слишком нервничаем из-за менок. Лошади поймут, что вы от них хотите». Чаще всего менки выполнялись вдоль бортика, чтобы было проще сохранять прямолинейность.

Хозяйственная сторона вопроса тоже оказалась на высоте. Карл не экономит на персонале: «У меня 5 человек на 18 голов, поэтому они могут обеспечить лошадям качественный уход. Благодаря этому, мы с Шарлоттой можем позволить себе садиться на лошадей только по 4 раза в неделю. У нас нет зарплат, поэтому приходится зарабатывать уроками. Но я считаю, что важно относиться к лошадям как к личностям и обеспечивать им индивидуальный подход, так что мы уделяем внимание каждой мелочи».

Пока Карл показывал нам своих лошадей, в манеж то и дело забегали собаки. Некоторые из них ложились у стенки, а вокруг уличного плаца разгуливала стая цесарок. Все это создает расслабленную атмосферу, в которой работа и образ жизни тесно переплетаются между собой. Все это также является частью успеха Карла: он обожает выездку, но понимает, что в работе с животными и людьми нельзя передавливать. Для него цесарки и спортивные победы – две стороны одной медали: «Помните, что помимо работы у меня есть своя жизнь. Не жертвуйте жизнью ради денег. Мне очень нравится высказывание: мы работаем, чтобы жить, а не живем, чтобы работать».

Безопасность и живите настоящим

В течение многих лет я считал, что причиной многих смертей в троеборье по крайней мере косвенно являются определенные методы работы с лошадьми. Те методы, которые некоторые считают приемлемыми, но которые подразумевают применения механических средств и силы в поиске подчинения, а не сотрудничества, «выключают» естественные реакции лошади и их природную сноровку. Наряду с прочими об этом говорил Крис Бартл (Chris Bartle). Забавно, что философия работы и тренинга Карла идеально подходит для выездки в рамках в троеборья и конкура.

К сожалению, за последнее время я несколько раз слышал совершенно другое мнение из уст двух элитарных тренеров по выездке. Их мнение разводит выездку и троеборье/конкур в разные стороны. Эту разницу во взглядах необходимо освещать, ибо безопасность полевых испытаний во многом зависит от корректности выездки. Необходимо пользоваться моментом, потому что сейчас мы можем опереться о плечо такой крупной фигуры, как Карл Хестер.

Нужно сказать, что я воспользовался моментом и напомнил Карлу о недопустимости тугого затягивания капсюлей и использования самозатягивающихся капсюлей. Я показал Карлу череп лошади и напомнил о строении нижней челюсти и расположении нервных окончаний, а затем предложил попробовать свою уздечку на лошади, у которой была серьезная проблема с приемом железа. Через две недели Карл прислал мне СМС: «Сработало». Это сообщение стало для меня лучшим подарком на Рождество!

Перевод: Давыдова Ксения

Источник

Уильям Миклем о Карле Хестере как одном из ведущих британских тренеров

Карл Хестер на Nip Tuck. Фото: FEI/Jon Stroud.

Вдохновение не чуждо даже старшему поколению тренеров!

Недавно группа элитарных тренеров получила возможность посетить тренировочную базу Карла Хестера под Бристолем, посмотреть на тренировку 9 его голов и поучиться у человека, который изменил мир выездки не только в Британии, но и в мире в лучшую сторону. Следствием его успеха стало то, что все больше ведущих тренеров и всадников задумались о счастье своих лошадей, стараются применять меньше силы и проще смотреть на вещи. Сейчас мало просто стремиться к гармонии, легкости и простоте. Эти характеристики стали обязательным требованием для достижения высоких оценок.

Как говорит Карл: «Люди хотят делать то, что делают победители… Некоторые никогда не изменятся, но большинство все-таки заинтересуется тем, как ты работаешь и почему, и попробует применить это… И речь в данном случае не только о выгуле лошадей!»

“Интересно, что после Олимпиады мне часто задают один и тот же вопрос (особенно датские и немецкие журналисты): списываю ли я свой успех на то, что наши лошади гуляют. Я всегда отвечаю: «Нет! Я списываю наш успех на грамотный тренинг. Вы же не спросите троеборца, победившего в турнире в Бадминтоне, списывает ли он свою победу на тот факт, что его лошади гуляют в полях? Он просто рассмеется вам в лицо. Но мы действительно работаем на плацу меньше, чем другие – всего четыре раза в неделю».

Преимущества

Таким образом, выездка повернулась лицом к лошади и стала более привлекательной. Применение силы ушло в прошлое, и в результате все больше людей — как всадников, так и зрителей — интересуются выездкой. Безусловно, важным фактором в этом процессе является партнерство Карла и Шарлотты Дюжардин с Валегро. Шалотта работает с Карлом уже 10 лет (с 20 лет) и признает, что именно он сделал из нее того всадника, коим она является сегодня.

Жизнь тренеров тоже стала проще, так как они вновь могут быть уверены в том, что есть логичный и гуманный путь достижения высших оценок. Я в данном случае пишу от лица человека, который всегда любил выездку, но разочаровался в ней в молодости, когда столкнулся с насилием и издевательствами над животными со стороны многих тренеров и берейторов взамен легкости и партнерства. Один тренер однажды дошел до того, что привязал мне руки к седлу, чтобы я удерживал голову лошади внизу!

Эхо прошлого

Наши собственные лошади всегда были легкими и простыми в езде. Вне дома я очень редко встречал такую работу и тех, кто не затягивал капсюль максимально туго. Исключением оказались Герберт Ребейн (Herbert Rehbein) и Роберт Хол (Robert Hall), чьи лошади были реально легкими и простыми, и в то же время обладали высоким качеством движений.

Поэтому когда я заговорил с Карлом об облегчении посадки на пиаффе и пируэтах на галопе, мне сразу вспомнился Шерберт Ребейн, который не уставал повторять одно и то же. А когда Карл сказал: «Хорошие пиаффе и пассаж берут начало в хорошей рыси, а хорошая менка – в хорошем галопе», то мне сразу вспомнился Роберт Холл, который в дополнение всегда говорил, что хороший переход берет свое начало в хороших аллюрах до и после него. Однако Карл также отмечает, что переходы сами по себе, и особенно внутри одного аллюра (расширение и сокращение), являются хорошим гимнастическим упражнением, которое улучшает равновесие лошади: «Делайте много переходов на галопе. Это позволит добиться более эффектного движения задних ног».

“Я съездил в Голландию к Берту Руттену – очень классическому и прямолинейному тренеру. Меня спрашивают, чему я у него научился. «Вперед и назад» (перев. Шире и уже). Я спросил: «Зачем?», и он ответил: «Потому что ты должен научить лошадь равновесию на четырех ногах». Тогда я узнал, что такое баланс и способность лошади нести себя.

Командная игра

После золотой медали на Олимпиаде Карл и Шарлотта дали друг другу время на пересмотр своих партнерских отношений, но после периода неопределенности снова нашли возможность уживаться, извлекая максимум пользы из сильных сторон каждого. У них команда. Они работаю вместе и меняются лошадьми. «Шарлотта любит работать на рыси», — говорит Карл, — «а я на галопе. Поэтому нам комфортно вместе. Мне нравится наблюдать, как работают моих лошадей, и я считаю, что моим лошадям очень полезно, что на них ездят другие всадники. Я также знаю, что лучше всего учиться посредством ощущений».

Нет сомнений, что их обоих ждет блестящее будущее, ведь сейчас у них в работе лучшие лошади из тех, что  когда-либо у них были. У обоих в работе по две большепризных лошади, которых они готовят к Олимпиаде в Токио в 2020, и безусловные победы Шарлотты на британских чемпионатах подсказывают, что их система работы эффективна на всех уровнях, и что мы еще увидим прекрасно подготовленных ими лошадей.

У Шарлотты сейчас пятилетний мерин из США по кличке Gjio. Он, без сомнения, талантлив и по темпераменту и манере двигаться во многом напоминает Валегро. Что меня интригует, так это его рост – всего 160 см в холке. Шарлотта говорит, что 162, но в любом случае он не отличается высоким ростом! Я считаю, что сейчас заводчики разводят слишком крупных лошадей для долгой и здоровой жизни, а, следовательно, деньги тех, кто инвестирует в спорт, выбрасываются на ветер, ведь универсальных лошадей так и не получается. Это особенно актуально для выездки, так что я надеюсь, что Шарлотта и Gjio выиграют Олимпиаду и изменят стереотипы относительно получения высоких баллов (Валегро, к слову, тоже не высокий по выездковым стандартам).

В элитарных скачках, троеборье и конкуре гораздо больше успешных лошадей ниже 165 см. Лошадей выше 167 см значительно меньше, в то время как в элитарной выездке пошла мода на крупных лошадей несмотря на то, что их размеры неблагоприятно сказываются на продолжительности жизни. Так же глупо оценивать длину шага в ущерб его качеству и заведомо ставить в неблагоприятные условия невысоких всадников, которые вынуждены ездить на слишком крупных для себя лошадях.

Что Карл ищет в лошади для выездки

Малыш Gjio определенно любит работать. Он принимает вызов и радуется жизни. Для Карла крайне важно, чтобы и всадник, и лошадь были счастливы. Мы обратили внимание на то, что все его лошади с готовностью двигаются вперед, с удовольствием работают и в своем роде обладают рабочей этикой.

“Лошадь должна быть смелой, она должна хотеть выступать. Если лошадь от природы ленива, она нам не подойдет. Если лошадь ленится по причине своей слабости или незрелости, это не страшно. Мы подождем, пока она повзрослеет. Но если она ленива от природы, я не буду с ней возиться. Я не хочу оказаться в ситуации, когда мне приходится применять хлыст, чтобы лошадь двигалась вперед. Для меня конечный результат выездки – это легкость, элегантность и гармония. Выездку должно быть приятно смотреть. Мне претит применение силы. Насилие нарушает гармонию». (Карл также отметил, что многие тренеры неверно поднимают прямолинейность, ассоциируя ее с тяжестью в руке).

“Покупая лошадь, я не смотрю на ее родословную и экспрессию движений, особенно на рыси. Рысь исправить проще всего. Купить же нужно хороший шаг и галоп. Мне не нужна лошадь, которая победила на соревнованиях молодых лошадей, так как это не те характеристики, которые нужны в Большом Призе. Мне нужна быстрота, чистота, аккуратность, а не массивность движений. Я ищу лошадей с хорошим задом и приятным телосложением. Все остальное -–тренировка и темперамент.”

Шарлотта отметила, что важное значение имеет положение и способность всадника двигаться вместе с лошадью, потому что «очень часто проблема кроется именно в положении всадника». Она следит за своей физической формой и гибкостью и ходит в спортзал четыре раза в неделю. При этом она не работает с весом, так как, с ее слов, не нуждается в дополнительной силе. Бывает, что ей приходится работать до 11 лошадей в день – каждую по 20-30 минут, — однако их разминают и заминают за нее другие.

Продолжение следует…

Перевод: Давыдова Ксения

Источник