Выездка по-немецки и по-французски

Хотим поделиться отрывком статьи, которая логично объясняет, почему не стоит тратить время на споры о том, как правильно ездить верхом. Безусловно, все нижеизложенное – частное мнение, с которым кто-то согласится, а кто-то нет.

Перевод: Давыдова Ксения для Strada Saddles Russia

Мы опубликуем отрывок, касающийся непосредственно верховой езды, так как именно эта часть будет интересна нашей аудитории. Из-за сложности и философского уклона мы приняли решение подойти к переводу более гибко, минимизируя «воду» и сверхсложные определения. Желающим погрузиться в философию в полной мере можем предложить почитать оригинал на сайте автора Матиаса Майора (Matthias Major), который посвятил много времени изучению движения в равновесии.

Поводом для написания статьи стал спор о легкости, произошедший между Филиппом Карлом и Герхардом Хойшманном в 2010 году. Дискуссия началась еще в 2006 году с книги Филиппа Карла «Les dérives du dressage moderne». Затем в 2008 последовали открытые дебаты между Ф.Карлом и Федерацией конного спорта Германии в лице ее главного инструктора того времени Кристофа Гесса (Christoff Hess), была опубликована видео-дискуссия под названием «Klassisch contra Classique» (перев. «Немецкая классика против французской»), в 2009 Ф.Карл выступил вместе с Гердом Хойшманом в Фердене на Аллере. В 2010, однако, Карл громко разругался с Хойшманном на почве опубликованной в журнале «Pegasus» статьи последнего под заголовком «Vergesst Eure Hände», (перев. «Забудьте о руках»), ответом на которую было письмо Ф.Карла, встречная статья, открытая переписка на сайтах…

С тех пор прошло достаточно много времени. Федерация конного спорта Германии больше не видит в Ф.Карле соперника, а тот продолжает обучать своих учеников, избегая активных дебатов с Федерацией…

…Сейчас я попробую сравнить две традиции верховой езды и сделать это так, чтобы даже далекому от конного дела человеку стала понятна суть проблемы. Должен предупредить, что мое видение некоторых «аксиом» немецкой выездки, одной из сравниваемых традиций, может не соответствовать официальным определениям, и является моей личной интерпретацией…

…Верховая езда начинается в тот момент, когда человек садится на лошадь. Лошадь, которая до сих пор несла только собственный вес, делала то, что считала нужным, и двигалась так, как ей диктовала природа, теперь сталкивается с двойной проблемой: во-первых, ей мешает вес всадника, а во-вторых его действия. Вопрос: как лошади решить эту двойную проблему? Как под всадником вернуть то качество движений, которое она имела изначально? Только при достижении этой первой и основной цели верховая езда может обрести эстетическую ценность, а «красивые» в наших глазах элементы и движения — гимнастическую ценность для лошади.

Итак, задача всадника — вернуть лошади утраченную естественность движений. Как всегда, люди видят в этом вопросе не один, а несколько, причем противоречащих друг другу и никаким образом не совместимых ответов.

В Германии ответ на вопрос, как ездить на лошади, чтобы она и под всадником сохраняла свои исходные качества, нашла кавалерия. Этот ответ определил концепцию современной спортивной выездки, которая в большей мере сохраняется и по сей день.

Идея немцев проста: когда всадник садится на лошадь, он сидит посередине — между задними и передними конечностями, то есть там, где нет опоры/связи с землей. Позвоночник лошади между плечами и тазом прогибается. Согласно немецкой логике, у лошади есть только одна возможность исправить этот «лордоз» — она должна направить энергию в спину так, чтобы позвоночник поднялся по принципу моста, на котором и будет располагаться вес всадника. Для того, чтобы лошадь свободно двигалась под всадником, мост не должен быть жестким или натянутым -он должен качаться, проводя движение. Таким образом, идеалом немецкой традиции верховой езды является качающаяся спина, которую можно сравнить с натянутым луком для стрельбы, концами которого являются задние и передние конечности лошади. Как бы логично до сих пор не звучала эта идея, далее начинается противоречие, которое заключается в стремлении к гибкости. Дело в том, что любое напряжение в биомеханической структуре всегда сопровождается потерей подвижности этой структуры, то есть чем больше напряжение, тем меньше подвижность.

Напрягите бицепс и попробуйте *легко* покачать рукой вправо-влево. Теперь понимаете, о чем я говорю? Безусловно, и без всадника на спине лошадь не лишена напряжения, но ее естественное напряжение соответствует уровню ее биомеханического развития, ее потребностям в естественных условиях. Подъем спины по требованиям немецкой школы возможен только при напряжении брюшных мышц, а, следовательно, активном сокращении передней части тела. Эта задача не легче, чем легкое движение рукой с напряженным бицепсом! Попробуйте прижаться всей спиной к стене. Для этого вам придется напрячь мышцы пресса и груди. У лошади, как и у человека, есть прямые и поперечные мышцы живота. Поперечные мышцы (как следует из названия) идут поперек и по своей природе помогают осуществлять вращательные или спиральные движения. Во время движения шагом человек, как и лошадь на рыси (диагональном аллюре), поочередно напрягает поперечные мышцы живота, так что корпус немного вращается из стороны в сторону – у человека относительно вертикальной оси, у четвероногой лошади – относительно горизонтальной.

Подъем спины достигается за счет мышц-сгибателей или прямых мышц живота, напряжение которых частично препятствует вращательной функции поперечных мышц. Таким образом, немецкая выездка вынуждена искать компромисс и баланс между этими двумя противоречащими друг другу группами мышц: нужно добиться, чтобы лошадь, поднимая спину и напрягая прямые мышцы живота, продолжала двигаться вперед, задействуя поперечные мышцы. Найти и сохранять этот баланс крайне сложно. Если вы опять прислонитесь спиной к стене и попробуете в таком положении пройти вперед, то поймете, как сложно лошади, выгибающей спину за счет напряжения брюшных мышц, достичь легкости и раскрепощенности движений диагональных пар конечностей. Конечно, с практикой движения будут даваться легче, но поистине легкими и естественными они не станут никогда. Но ладно, примем эти издержки как должное и вернемся к «мосту», благодаря которому лошадь несет всадника.

927913594Как же немецкому всаднику достичь «гармонии»? В своей книге «Gymnasium des Pferdes» Густав Штейнбрехт упомянул «движение вперед», которое до сих пор является центром немецкой концепции выездки: лошадь должна быть «перед шенкелем», что означает ни что иное как то, что она должна энергично двигаться от зада под воздействием побуждающих средств управления всадника. Однако только этого не достаточно. Активно продвигающаяся вперед лошадь активизирует косые мышцы живота, ускоряется и, высоко держа голову, тянется вперед в направлении горизонтальной оси, а это разрушает мост или «лук», на котором сидит всадник. Чтобы стимулировать брюшные мышцы лошади и удерживать спину в поднятом положении, всаднику нужно (1) постоянно работать шенкелем даже тогда, когда лошадь и так движется вперед, поскольку шенкель стимулирует брюшные мышцы. (Опробуйте это на себе: во время ходьбы, толкайте себя кулаком в живот. Чувствуете, как напрягаются мышцы пресса?) и (2) позаботиться о том, чтобы лошадь не только растягивалась по горизонтали, но и сохраняла энергию/импульс зада. Для этого ее нужно постоянно держать перед шенкелем, поддерживая импульс и направляя его назад и вверх. Только так можно на выходе получить тот самый «мост» — плоскость на двух опорах, равномерно принимающих на себя вес конструкции. Умелый всадник мастерски распределяет импульс, направляя часть энергии вперед, а часть назад, в результате чего лошадь с легкостью движется на месте, что отражается в немецком понимании пиаффе.

«Мост» требует большого количества энергии, поэтому не может быть оптимальным решением при движении вперед. Как же сделать так, чтобы лошадь не просто тянулась вперед, а направляла туда всю энергию зада? Для этого всадник использует повод, «улавливая» им энергию движения и перенаправляя ее назад, чтобы поднять спину. Идеальной видится ситуация, когда руки не тянут повод назад, а всего лишь предлагают контакт, который стимулирует лошадь к тому, чтобы «пойти на повод». Эта метафора означает, что лошадь с готовностью принимает рамку «шенкель-рука/повод», в которой шенкель стимулирует импульс, а рука направляет часть этого импульса назад и находит вышеупомянутый баланс между прямыми и поперечными мышцами живота. В этом случае лошадь будет нести всадника в первой степени сбора.

Дальнейшее повышение степени сбора означает усиление натяжения «лука» и увеличение импульса, направляемого всадником назад, так что по мере того, как уменьшается продвижение вперед, больше энергии направляется вверх. С немецкой точки зрения, решающую роль в этом процессе играют затылок и круп. Лук натягивается за счет открытия затылочного сустава (когда лошадь расслабляет мышцы шеи и сдает в затылке) и подведения зада (когда лошадь дальше ступает задними ногами под корпус, интенсивнее сгибая задние конечности).

В конечном счете образуется круговорот энергии, к которому всадник приходит на пиаффе: энергия свободно циркулирует через затылок и круп. При этом, однако, возникает путаница между понятием лука (дуги напряжения) и подъема. Одной из целей немецкой выездки является округление спины лошади за счет энергии задних конечностей, так чтобы чисто теоретически высшей точкой движения была середина спины. С другой стороны, немецкие всадники следуют идеалу старой школы, согласно которому лошадь за счет большего подведения (сгибания) задних конечностей под корпус поднимает перед. Но в этом случае плечи, а, следовательно, и затылок, становятся высшей точкой движения, а импульс проходит по телу лошади не по дуге, создавая подобие лука, не по мосту, а по прямой «снизу вверх». Таким образом эти две идеи противоречат друг другу, и корень этого противоречия частично лежит в нечеткости понятия сбора, под которым старая школа понимала подсаживание лошади на зад при минимальном продвижении вперед, а не движение вперед. Я считаю, что сбор (прямую линию) и езду вперед (дугу) не так-то просто объединить. Если вы посмотрите на фотографии пиаффе с международных соревнований по выездке, то согласитесь со мной: новое «классическое» пиаффе представляет собой движение на месте по дуге: задние конечности подводятся под корпус, также как и передние. Лошадь уподобляется луку, мосту на месте, но не поднимает перед. Характерной чертой немецкого «пиаффе-по-дуге» при этом является явное нахождение лошади за вертикалью.

indexПредлагаю еще один эксперимент: встаньте и подтяните таз. Теперь наклоните голову так, чтобы макушка смотрела вперед и вверх. В результате ваш изначально S-образный позвоночник приблизится к форме буквы «С», что полностью соответствует концепции моста или лука. Теперь пройдитесь в таком положении по комнате. Насколько вы расслаблены?  Попробуйте пробежаться (следите за тем, чтобы голова и таз не меняли положения). Вам легко? Вам комфортно? Какие мышцы вам приходится напрягать, чтобы двигаться в таком положении? Как при этом циркулирует кровь? Хватает ли вам кислорода? Вам легко дышится?

Полагаю, вы уже давно все поняли. Как бы ни логично звучала идея немецкой выездки и как бы красиво ни выглядел круговорот энергии, лично я в это не верю. Действительно, некоторые лошади позволяют так на себе ездить, — лошади физически столь одаренные, что для них эти неудобства ничего не значат. Но давайте представим себе молодую, не особо талантливую лошадь. Чего вы достигнете со временем? Боюсь, что ничего, кроме напряженных паралитических движений.

Но раз идея так красиво звучит, где же ошибка? Проблема в том, что вы упустили из виду очень важную вещь: движение основывается на расслаблении мышц, а не на напряжении. Поначалу это может показаться нелогичным, но вспомните новорожденного ребенка: его мышцы напряжены, он весь скрючен. Лишь со временем он учится управлять мышцами и распрямляется. При этом необходимым условием для последующего движения является расслабление мышц и мгновенное их напряжение. Это также можно опробовать на себе. Попробуйте лечь на спину и сильно напрячь мышцы пресса. Теперь попробуйте перекатиться на бок. Не уверен, что у вас получится. Теперь расслабьтесь и перекатитесь на бок – это не вызывает труда. Расслабление брюшных мышц позволило вам активировать те мышцы корпуса, которые необходимы для движения. Движение строится на способности мгновенно напрягать мышцы, которые находятся в состоянии покоя (не путать с полным расслаблением). Активное напряжение требуется до тех пор, пока не производится желаемое действие. В этом заключается принцип эффективного движения. Длительное напряжение мышц, чем по сути является «мост» или «лук», поддерживаемый сокращением брюшных мышц, быстро приводит к усталости и образованию молочной кислоты, что крайне неэффективно.

Проблема идеи круговорота, на которой зиждется немецкая выездка, заключается в том, что она вызывает замыкание кинематической мускулатуры лошади. Это циркуляция напряжение, а не поток движения. Возможно, эта концепция подходит для лошадей с соответствующим строением, но верховая езда в этом случае вредит здоровью лошади. /*Исключение составляет лишь работа вперед и вниз на молодых лошадях, при которой всадник намеренно позволяет лошади направлять свою кинетическую энергию вперед и вниз для того, чтобы лошадь психологически расслабилась и нашла равновесие. Однако в немецкой выездке езда вперед и вниз является временной мерой, после которой всадник начинает пробовать удерживать и перенаправлять энергию задних конечностей с «вперед и вниз» на «вперед и вверх» (подъем переда)/.

Между прочим, то же самое происходит и с людьми: это миф, что у спортсменов, которые активно укрепляют мышцы посредством силовых тренировок, реже болит спина. На самом деле, некоторые хорошо известные спортсмены нанесли своему организму спортом такой вред, что страдают от серьезных хронических болей. При этом хрупкие йоги, например, которые несут меньшие силовые нагрузки, но работают над улучшением гибкости и стабильности своего тела, жалуются на боли в спине довольно редко… Почему же не перенести это на лошадей? Почему замкнутая кинематическая цепь напряжения, которую пропагандирует немецкая концепция выездки, не может быть противопоставлена открытой цепи движения, которая основана на гибкости и стабильности? Скажу вам, может! И это та выездка, которую практикует и пропагандирует Филипп Карл. Это французский способ езды, традиция езды в легкости.

Прежде чем мы перейдем к езде в легкости, я хочу окончательно развеять миф моста. Пример йоги показывает, что гибкость и стабильность являются предпосылками безболезненного движения для человека. Большинство болей в спине у людей связано с неправильным использованием и хроническим напряжением мышц. Отправной точкой для них являются те сидячие позы, которые дети начинают принимать примерно на третьем году жизни в связи с особенностями нашей повседневной жизни. Сидение на диване или стуле в течение многих часов неестественно для нашего организма с его центром тяжести. Когда мы ходим, сидим на корточках, лежим, центр тяжести нашего тела находится в естественном положении, что задействует кинематическую цепь аутохонных мышц, которыми мы не управляем сознательно, но которые имеют первостепенное значение для сохранения равновесия. Сидя на диване мы оказываемся упавшими назад, что для нашего организма означает дисбаланс. Для того, чтобы вновь обрести равновесие, приходится прикладывать усилия — задействовать мышцы. Чем чаще мы это делаем, тем больше мышцы привыкают к неправильной работе и переносят ее на другие состояния – ходьбу, положение стоя и т.д. Мы вынуждены вновь и вновь задействовать активные мышцы, чтобы не падать назад, а чем больше мы их задействуем для сохранения равновесия, тем меньше работает аутохонная мускулатура. Этот процесс происходит неосознанно, и мы, сами того не замечая, обретаем привычки, снижающие эффективность наших движений. Именно эти привычки приводят впоследствии к перегрузке отдельных структур, что, в свою очередь становится причиной таких нежелательных последствий, как боли в спине. Столкнувшись с болью в спине, мы, однако, следуем догме, которая гласит, что наши активные мышцы слишком слабы, чтобы удерживать нас в вертикальном положении, и начинаем их укреплять приседаниями и тренажерами. Но таким образом мы только усугубляем проблему, подпитывая ее причину. В начале двадцатого века появились методики, предложившие иной подход к лечению. Они заключались в замене неэффективных привычек эффективными в результате постепенного переучивания организма. Двумя подобными методиками являются техника Александра и метод Фельденкрайза.

Если Александр фокусировал внимание на таких базовых движениях, как положение стоя, сидение и ходьба, корректируя их посредством осознанного изменения привычек, то Фельденкрайз по большей части «играл» частями тела, задействуя их по отдельности и вместе таким образом, чтобы мозг научился по-новому выполнять движения. Лингвистическое сопровождение действий заполняет пробел между бессознательным и сознательным поведением. Обе эти техники объединяет то, что они не предполагают применение силы и строятся на мудром, эффективном использовании тела. Медленный темп и внимательность при этом важнее, чем скорость и амплитуда. Обе техники работают с гравитацией и ищут пути эффективного движения в легкости с целью обеспечения полного контроля за движением. При этом привычный взгляд на вещи и эстетические ожидания не так важны, так как влекут за собой неэффективное вмешательство в движение. Постепенно аутохонные мышцы замещают собой активные при движении. Движения становятся более легкими и свободными, а человек обретает гармонию с силой притяжения.

Недавно в Великобритании было проведено очередное исследование, в котором техника Александра доказала свою эффективность в борьбе с болями в спине. Примечательно, что методы, подобные техникам Фельденкрайза и Александра не предполагают применения силы и поэтому не могут считаться спортом, хотя приводят к тем результатам, которые мы привыкли ожидать от физических тренировок. Получается, что гимнастической эффективности можно достичь без пота, без растяжки до боли и изнуряющих силовых тренировок.

Вернемся к Филиппу Карлу. Техника верховой езды, которую предлагает Ф.Карл, основывается (пусть и не целиком) на идеях Франсуа Боше, французского мастера выездки 19го века. Выездка по Боше строится не на идее моста или лука, а на равновесии лошади в положении покоя и в движении. Цель выездки, согласно Боше, заключается в достижении такого равновесия, при котором лошадь будет сама нести себя под всадником, что продолжает традицию Гериньера (18 век), который давал лошади свободу. Таким образом, выездка не предполагает наличия «рамки из средств управления», которую пропагандировала немецкая кавалерия 19-20 веков и которая в конечном счете сводится к постоянной активной работе шенкеля, седалища и руки. Метод Боше является импульсным, когда всадник лишь подсказывает лошади, корректирует ее движения и мгновенно прекращает какое-либо воздействие, как только лошадь отреагирует на его действие. Очевидно, что эта техника противоречит концепции лука в спине лошади, подразумевающей постоянный поток энергии в результате одновременного посыла и сдерживания.

Боше фокусирует внимание на доступных всаднику корректирующих мерах, позволяющих добиться от лошади желаемых движений или положений. По тому же принципу работал Гериньер, который ввел понятие полуодержки для корректировки положения головы. Боше оттачивал методы работы Гериньера, практиковал большое количество упражнений на сгибание с целью мобилизовать челюсть, голову и шею, а также использовал траверс для активизации зада. Подобно тому, что 100 лет спустя Фельдеркрайз будет применять на людях, Боше в своей работе прибегал к дифференцированию (разделению) и интегрированию (объединению), добиваясь от лошади чуткости к командам всадника. Дифференцирование Боше заключалось в том, что (1) руки никогда не работали одновременно с ногами, (2) отдельные упражнения для челюсти, головы и шеи/плеч и задних конечностей соединялись воедино лишь на более поздних этапах подготовки, (3) все движения отрабатывались сначала на шагу, затем на рыси и галопе. Суть дифференциации по Боше заключалась в такой подготовке лошади, чтобы всадник мог скорректировать ее баланс и движение малейшим импульсом, а глобальной целью всей работы являлось достижение равновесия. Лошадь Боше находится в равновесии с движением, распределяя свой вес на четыре конечности таким образом, чтобы выполнять любое движение. Из базового положения с равномерным распределением веса на 4 ноги Боше смещает вес лошади и всадника таким образом, чтобы сделать это движение возможным.

Такой подход полностью соответствует принципам техники Александра: Александр также начинает с поиска равновесия в положении стоя, а затем из него начинает движение – ходьба, присаживание и т.д., — при котором равновесие смещается. Так, например, начиная движение из положения стоя, голова подается вперед, за головой следует тело, так что движение начинается в ответ на смещение равновесия при наклоне (контролируемом падении) вперед. Кредо Александра заключалось в том, что эффективное движение начинается с открытия головного сустава в месте соединения первого и второго шейного позвонка, а также первого шейного позвонка и черепа, за которым следует остальное тело, а кредо Боше гласило, что раскрепощенность лошади при любом движении является следствием «мышечного раскрытия» т.е. расслабления челюсти. Александр и в этом поддерживает Боше, указывая на то, что человек не может расслабить шею, не расслабив жевательные мышцы. Безусловно правильно будет указать, что в обеих этих системах раскрепощенное движение строится на расслаблении целых частей тела как элементов системы движения.

Работа Фельденкрайза с людьми показывает, что движение может начинаться с любой части тела. Расслабление головы (по принципу дифференцирования) является, таким образом, сигналом/результатом, а также исходной точкой эффективного движения. Аналогичным образом и у лошади расслабление тела ведет к расслаблению челюсти. В немецкой традиции выездки в этом отношении говорят, что лошадь «сдает в челюсти» или «берет повод» в результате расслабления.

Вышесказанным я хочу дать понять, что челюсть как исходная точка раскрепощения лошади – это одна из методик, а не единственный возможный путь. Словами Жан-Клода Расине (Jean Claude Racinet), который вплоть до своей смерти был наравне с Карлом самым значимым представителем традиции выездки в Легкости, «результат легкости становится ее средством». По этому принципу французская традиция выездки в отличие от немецкой следует абсолютно логично выстроенной методике расслабления и не деградирует до случайного (в противовес целенаправленному) побочного явления езды вперед (когда расслабление не является самоцелью).

001racinetВ то время как французская легкость строится на планомерном дифференцировании элементов/движений, легкость в немецкой выездке, построенной на круговороте энергии, является, скорее, результатом случайности. Расслабление челюсти по Боше — не единственный возможный путь достижения легкости, но целенаправленная отправная точка постепенной мобилизации тела лошади, поочередно затрагивающей все значимые части системы движения: голова, шея, плечи, задние конечности и т.д. Сохранение изначального расслабления с момента расслабления челюсти до мобилизации других частей тела гарантирует легкость всей системы на любых движениях/элементах.

Как мы видим, спор о легкости представляет собой конфликт двух систем, обе из которых стремятся получить свободно и легко движущуюся под всадником лошадь. Абстрактно говоря, немецкая система строится на спортивном принципе – темп, сила, одновременная активность всех основных групп мышц, а французская – на нервно-мышечной мобилизации, схожей с той, которую реализуют Фельденкрайз и Александр на людях. При этом лошадь, выезженная по одной из этих систем, не может работать по другой, что и делает спор о «правильном» способе выездки столь сложным. Немецкая лошадь сильна и энергична, она работает большими мышцами двигательного аппарата, пока не взмокнет — французская лошадь, наоборот, не потеет (или редко потеет), а энергия движения течет через ее тело. На немецкой лошади всадник сидит по центру дуги напряжения, созданной активной работой мышц, — французская лошадь способна нести всадника таким образом, что ничто в ее теле не мешает течению энергии; все ее мышцы работают так, как ей нужно для выполнения требуемых движений. Движение при этом является результатом работы аутохонных, а не больших мышц. В какие-то моменты немецкому всаднику может показаться, что французская лошадь «разваливается» и стоит над поводом. Дело в том, что немецкая выездка ориентируется по большей части на визуально-эстетическую составляющую, то есть немецкому наблюдателю приятно видеть мускулистую лошадь с широкими движениями задних ног или с высокими движениями передних, и в первую очередь с явно округленной шеей над затылком, что является настоящей одержимостью многих всадников. Однако это слишком поверхностный взгляд. Вспомните йогов: они в прекрасной форме, но кажутся маленькими, жилистыми, незаметными.

Мы много говорили о немецкой и французской выездке, но говорили достаточно упрощенно. Безусловно, есть немецкие всадники, которые ездят по-французски, и французские, которые ездят по-немецки. Но мы забыли, что наш разговор начался с затяжного спора между господами Хойшманном и Карлом, разногласие которых о бошеристских методах работы Карла из его «Les dérives du dressage moderne». Личные мотивы этого спора мне не интересны, однако я хотел бы остановиться на предложенной Карлом методике выездке по Боше – школе Легкости.

Особенным метод Карла делают не сгибания в ганаше или шее и не обучение лошади сохранению импульса за счет легчайшего шенкеля. Все эти идеи идут из французской «бошеристской» традиции. Особенностью техники Филиппа Карла являются четкие и логичные правила, которым должен следовать всадник, чтобы достичь легкости. Так же, как и Боше, Карл видит ключ к равновесию лошади в „cession de machoire“ или расслаблении челюсти, которое влечет за собой расслабление шеи и затылка. Карл начинает работу с лошадью со сгибаний сначала с земли, потом верхом на месте, на шагу, рыси и, наконец, на галопе. Задача – научить лошадь не напрягать челюсть: «Что бы вы ни делали, или что бы я Вас ни просил делать, челюсть лошади всегда должна быть расслаблена». Лошадь должна доверять поводу, что возможно только в том случае, если он не причиняет ей боли. Для этого Карл требует, чтобы повод воздействовал не на язык (вниз), а на углы губ (вверх). Кроме того, Карл с самого начала не позволяет лошади упираться или ложиться в повод. Сочетание сгибаний и полуодержек вверх во время верховой работы позволяет Карлу добиваться горизонтального равновесия лошади (когда она сама себя несет) с сохранением расслабления челюсти. В отличие от немецкой школы Карл не пропагандирует напряжение спины при движении вперед-вниз, что укорачивает переднюю часть лошади, а, наоборот, растягивает переднюю часть, добиваясь гибкости спины. Аналогичный подход сейчас практикуется и с людьми: большинство физиотерапевтов и терапевтов понимают, какое значение имеет расслабление мышц передней части тела, в частности, подвздошно-поясничной мышцы. Укороченную линию переда компенсируют мышцы-разгибатели спины, но именно подъем шеи критики Карла ставят ему в упрек, утверждая, что это вынуждает лошадь прогибаться в спине, выпячивая нижнюю часть шеи. Следует помнить, что предлагаемая Карлом техника предназначена для опытных всадников и имеет пределы, которые опытный всадник знает и чувствует. Очень важно помнить, что Карл не переусердствует с поднятием шеи и прибегаем к нему только в рамках исправления положения лошади, после чего всегда дает лошади возможность потянуться вперед… Руки по Карлу играют принципиальную роль в верховой езде, так как именно они дают возможность всаднику контролировать расслабление челюсти, головы, шеи. Когда лошадь научится слышать средства управления всадника, отвечая на команды сгибанием и определенным положением шеи, можно идти дальше. Принцип Школы Легкости Карла — четкая последовательность действий и жесткое следование правилам, в результате чего всадник получает возможность задавать лошади любой баланс и любое положение. Но не в этом ли заключался принцип работы Боше? – Обучение определенному положению ПЕРЕД тем, как переходить к действию/движению…

philippekarl01_smallP.S. Размещение статьи в нашем блоге не является свидетельством того, что мы имеем отношение к Филиппу Карлу или его школе. Мы лишь хотим дать нашим читателям возможность услышать одно из достаточно логично обоснованных мнений относительно различий разных школ.

Share

No Comments

Post a Comment

шестнадцать − двенадцать =

Share
Share